Читаем Хозяин Амура полностью

— Со штабом и командирами рот корейского полка работу с картой сегодня вечером и завтра днём проведёт Мирослав Гусак, — сообщил Сергею Киму Паскевич, когда тот вопросительно кивнул на Минсика и Кангхо, сидевших на лавке и с волнением ожидавших приглашения к обсуждению ситуации.

Друзья, получившие недавно лейтенантские чины, причём Ли Минсик подтвердил свою прежнюю офицерскую должность, с большим трудом, внутренне борясь сами с собой, вошли таки в одно помещение с сыном самого вана Ли Инджо — принцем Хёджоном. Им было трудно сделать этот шаг, несмотря на то, что Ли Хо сам пригласил их проследовать за ним. Всё же в официальной обстановке свежеиспечённые офицеры Сибирской Руси ещё тушевались высокородного наследника трона, хотя тот всячески пытался устранить эту досадную для него условность. Видеть как немеет и мнётся ещё недавно бравый офицер, Ли Хо было весьма неприятно. Он видел, что в подразделениях северян подобных ситуаций не возникало вовсе, их старались избегать, переводя тон общения между офицером и нижними чинами на деловой и взаимоуважительный. Забитый, заискивающий или трусящий солдат — плохой воин, говорил принцу Ким. Поэтому важно было дать понять подчинённому, что офицер — это не только большее жалование и власть, но и большая ответственность, это багаж знаний и умение применить их с максимальным толком.

— Это выносные посты, эти два, — показывал Матусевич, — ещё тут и тут. А вот здесь, — коснулся бумаги кончик карандаша, указывая на берег Сунгари чуть выше заставы, — самый дальний их пост. Капитан Гусак не так давно уничтожил караул, после чего маньчжуры перенесли пост ещё выше, сюда. Численность поста увеличена втрое.

— А где были захвачены сборщики дани? — спросил Соколов, не отрывая взгляда от схемы.

— Вот эти поселения, — карандаш поочерёдно ткнулся в небольшие заштрихованные прямоугольнички, означавшие лояльные Сунгарийску селения солонов, где старшими были назначенные людьми Матусевича старосты.

— Нехилый они рейд провели! — воскликнул. — Да тут почти…

— Почти двадцать километров, — быстро проговорил Паскевич. — Мы уже выяснили, что в пути они поочерёдно гостевали в деревне у одного солонского старосты, не доложившего о сём. По-видимому, он с маньчжурами заодно.

— Ясно, — задумавшись, проговорил Вячеслав.

— Староста схвачен и сейчас сидит в подвале, — тут же доложил Лазарь. — Вместе с чиновниками-маньчжурами, воинов мы перебили в бою.

— Кстати, Вячеслав Андреевич, суд будем устраивать? Или… — помедлил Игорь.

— Какой суд? — удивился Соколов. — Трибунал! Мы же на войне, а не в бирюльки играем! Как говаривал Владимир Ильич, миндальничать с мерзавцами не приходится!

Матусевич удовлетворённо кивнул. Кто такой этот Владимир Ильич, он уже знал, а Вячеслав между тем продолжил:

— Игорь, когда собираешься выступать? Должна быть полная готовность, а ты уверен в корейцах? — Соколов внимательно посмотрел на своего воеводу. — Не подведут? Винтовки не должны попасть к врагу.

— Вячеслав Андреевич, выступаем через двое суток, — спокойно отвечал Игорь уверенным тоном, чуть улыбаясь. — Что я могу сказать насчёт полка Хёджона? Они не новобранцы, не крестьяне. Это опытные воины, причём практически все изначально стрелки. Уверен ли я в них? Конечно, я уверен!

— Тем более командовать операцией будет Мирослав Гусак, профессионал в деле осады лагерей террористов с их последующим уничтожением. И в Галиции, и на Кавказе он всегда проявлял себя с самой лучшей стороны, — добавил Паскевич. — Будьте уверены!

— Хорошо-хорошо! — поднял ладони в умиротворяющем жесте Соколов. — Это ваша епархия! Надеюсь, только тех странных европейцев приведёте мне живыми. Нам нужна информация!

Матусевич степенно кивнул, после чего снова взялся за карандаш:

— Я продолжу, с вашего позволения?

Берег Илима, Железногорск. Июль 1645

Этот город мог бы претендовать на звание самого закрытого из всех поселений первоангарцев, будь у них такая необходимость. Хотя, по сути, так оно и было — вкупе с «химгородком» Порховым, случайных людей там не было. Люди Строгановых, коих уже не раз выпроваживали прочь из пределов Ангарии, например, дорого заплатили бы, чтобы побывать в обоих производственных центрах. Кстати, на следующий год химическое производство профессора Сергиенко и МакГроу ввиду расширения технологической базы и номенклатуры получаемых продуктов переводились на Ангару, в Усолье. Строительство цехов и лабораторий на новом месте велось с прошлой весны. Немаловажным был и экологический фактор — посёлок находился практически на берегу Байкала, а потому рисковать химикам было нельзя. На новом месте изначальным было условие обеспечения максимальной экологической безопасности работ. Это правило ставилось во главу угла.