Читаем Хозяйка истории полностью

(То есть маньяк ли автор настоящих примечаний. Нет, я не маньяк. И никогда им не был. Соответствующее обследование тому доказательство. Но каково мне такое читать по прошествии лет и, более того, готовить к публикации? Лукавила Елена Викторовна, ой как лукавила!.. А Руководство Программы мне доверяло. Супруге же моей и самой близкой моей соратнице тех лет, Е. В. Ковалевой, я никогда повода быть недовольной мной не давал. На том и стою. О том же свидетельствуют протоколы. — Мое примечание.)

………………………………………………………….

Ну и что толку?

— Ну ведь это же неправильно, — говорю, — это же неверно… Здесь нет любви!.. Любви, понимаете?.. Я сама не знаю, почему это у меня происходит… Какая-то чудовищная физиология. И все.

— Но ведь эффект есть, Елена Викторовна. И какой!

— А любви нет. Не хочу без любви. Не могу.

— Давайте не смешивать «могу» и «хочу». Можете. Но не хотите.

— Лучше бы не могла.

— Типун вам на язык, Елена Викторовна! Такое сказать…

— Но нельзя же на одной сознательности…

— Конечно нельзя. Мы вас понимаем. Все уладится. Мы с ним поговорим, побеседуем. Вы только не нервничайте, берегите себя, берегите.

(Есть ли смысл останавливаться на собеседованиях? Нет ни малейшего. Их иногда досадная регулярность отвечала в целом понятной необходимости. Но подчеркну, что упомянутое мною выше комплексное обследование меня с честью я выдержал и тем самым разбил абсолютно лукавые домыслы Е. В. Ковалевой, как говорится, в прах. — Мое примечание.)

Попросили описать идеального мужчину. Дали в помощь опросник.

(«Идеальный мужчина глазами женщины». Гриф «Совершенно секретно». Этот увлекательный тест предназначался для уже известных читателю доброволок из нашего экспериментального отряда. Результаты опроса учитывались при отборе и назначении инициаторов. Таких, как я в свое время. — Мое примечание.)

………………………………………………………….

Вот его рассуждения, почти дословные. По-моему, мило.

— Наше сочетание, ты и я, можно сравнить с производством. Мы с тобой что-то вроде фабрики высококачественного оргазма. Я — высококвалифицированный передовой рабочий, а ты, дорогая, прошу не обижаться, это комплимент, знай, ты уникальная точная машина исключительно мощной энерговооруженности. И мы работаем со знаком качества. Я отвечаю за это со всей ответственностью. (Его стиль!) Я знаю, что говорю. Нет, я бы даже сказал, с личным клеймом — вот как я работаю! А ты опять недовольна.

(Что касается стиля, не уверен, что он действительно мой, но смысл высказывания, если таковое было вообще, реконструирован, по-видимому, верно. Не отрицаю. Согласен. Была, если не ошибаюсь, так называемая пятилетка качества, и фразеологизмы вроде «личного клейма» употреблялись в быту естественно и без натуги. — Мое примечание.)

Листала опросник: 540 пунктов.

Из отрицательных качеств, с ними все-таки проще — близок пример, на второе место поставила напористость. Да, да, это верное слово.

А на первое пока не нашла.

(Я не напорист. Я исполнителен. — Мое примечание.)

— Разберитесь в себе. А мы поможем.

Первые мгновения — пока возвращаюсь на землю — мне даже кажется, что я люблю и что это любовь. И по любви. Пока возвращаюсь и пока не открыла глаза. И это: ощущение качки. Или маятника — в голове, в груди, во всем теле. Я любима — им. Он любим — мною.

Но вот я здесь. Я тут. (Тут как тут…) И тут…

И тут я вижу его самодовольную физиономию….

(Слово физиономия, должен заметить, происходит от греческих physis — природа и gnōmōn — знающий. — Мое примечание.)

физиономию службиста, преуспевшего сверх меры и вполне удовлетворенного результатом эксперимента. Самца, ублаготворенного своей самцовостью. Я ж — приложение: при ложе. Я так. Дурочка — еще думаю о любви! Между кем и кем? Между мною и этим? Между мною и ИМ? Смотри в оба, ненормальная: он предается анализу, почесывая волосатую грудь — задумчив, мыслитель! Пытается упредить спецов из Отдела. Выуженное из меня достойно внимания. Если бы только это — пусть! И хорошо, если бы только это! Пусть анализировал бы себе, думал бы себе о перипетиях внешней нашей политики — Франция, Ангола, уран…

(Франция поддерживала одно из недружественных нам освободительных движений, в то же время контролируя большую часть ангольских урановых рудников. Помнится, этот аспект исследовался неоднократно. — Мое примечание.)

черт с ней, с Анголой, пусть — чеши, чеши волосатую грудь, только молчи. Нет, он похвалит меня сейчас, вот чего боюсь больше всего — объявления благодарности, очень уместно! — важным, поощряющим тоном — потому что вижу, вижу по его глазам, как он прикидывает баллы, в которых оценят выуженное из меня, только бы помолчал, только бы не открывал рот, не говорил этого:

— А ты была молодцом.

Кто же тянет тебя за язык, идиот.

Идиот. Почему ты, Подпругин, такой идиот?

(«Частный человек» — вот буквальный перевод греческого слова idiоtes. Так что, прежде чем кидаться словами, следовало бы подумать, что они означают. — Мое примечание.)