Читаем Холостой прогон полностью

— Вы скрасили мой сегодняшний день, — отозвалась Беатрис Лоример и ласково похлопала Джулиана по руке. — Когда мне исполнилось шестнадцать, я начала работать в офисе своего отца. Моя голова словно специально была создана для работы с цифрами, настолько легко эта работа мне давалась. И я уже была вице-президентом компании «Стилвелл Энтерпрайз» к тому времени, как её возглавил Марк. Он всегда полагался на мои суждения в том, что касалось деловых вопросов. Полагается и до сих пор. Как видите, Джулиан, я вовсе не транжирю свое время. Я здесь потому, что самые важные решения Марк принимает именно здесь, в этом доме. В каком-то смысле он зависит от меня.

Маленькая, совсем крошечная, но решающая деталь головоломки, над которой бился Джулиан, тихо щелкнула и встала на свое место. Он понял, в чем корень тех противоречий в личности Марка Стилвелла, которые его всё время подсознательно тревожили.

Восходящая звезда, молодой финансовый гений, работающий по двадцать четыре часа в сутки, с трудом выкраивающий время на ежедневные тренировки в атлетическом клубе, — и давняя, поглощающая уйму времени связь с Мириам Тэлбот. Человек, обладающий громадной властью, — и низкое, почти подлое злоупотребление этой властью по отношению к собственному брату. Щедрость и великодушие по отношению к тетке, Беатрис Лоример, — и поразительное невнимание к собственной любящей жене.

Да, всё сразу встало на свои места.

Фальшивый бизнесмен; фальшивый муж; символ энергии и власти, собранный по кусочкам из ничего другими людьми; марионетка финансового мира, управляемая из-за кулис этой очень непростой женщиной, теткой, годящейся ему в сестры… Квайст припомнил сцену на террасе, которую они с Кривичем застали, приехав сюда вчера: завтракающие вместе Беатрис Лоример и Давид Хайм Леви. Именно они стояли за комбинацией со спорткомплексом, теперь это стало ослепительно ясно. А принц финансового мира Марк Стилвелл оказался всего-навсего подставным лицом. Эти двое прикрывали все его нескромные и неблагоразумные поступки именно потому, что он служил им отличной ширмой, декорацией, которую в любой момент можно передвинуть куда угодно по своему усмотрению.

Беатрис Лоример допустила небольшой прокол, подумал Квайст. Она хотела предстать в самом выгодном свете перед привлекательным мужчиной, который сидел с ней рядом, в результате чего сказала этому мужчине немного больше, чем намеревалась. Надо отдать ей должное, она поняла это почти мгновенно.

— Только не поймите меня неправильно, Джулиан, — сказала Беатрис. — Я никому не вещаю финансовые истины в последней инстанции, вовсе нет. Просто порой Марку бывает нужно обсудить с кем-то, кому он безусловно доверяет, свою очередную идею, а я служу ему неплохим резонатором. Его отец — мой брат — приучил нас думать почти одинаково.

Не надо, чтобы она слишком беспокоилась о своей промашке, подумал Квайст, лучше продолжать легкий флирт, на волне которого можно попытаться узнать что-нибудь еще, что может в дальнейшем послужить оружием.

— Мне вообще очень трудно представить вас финансистом, трудно думать о вас иначе, чем о женщине, — сказал он, приятно улыбаясь. — Не покажется ли с моей стороны слишком большим нахальством, если я спрошу вас о мистере Лоримере?

— Отчего же, — ответила Беатрис, — пожалуйста. Когда ребенок учится ходить, он постоянно падает и набивает шишки. Роберт Лоример был молодым, подающим надежды адвокатом, работавшим на моего отца.

Я влюбилась в него ещё подростком, но пришло время, я стала настоящей женщиной, и всякий раз, стоило ему коснуться меня, как во мне вспыхивал огонь страсти. Мы махнули в Гринвич и там обвенчались; в те дни это был довольно популярный вид спорта. Потом прошло время, не такое уж долгое, кстати. Пламя первой страсти во мне угасло, и тогда выяснилось, что нам с Робертом не о чем разговаривать. Отец был рад помочь мне развязать этот узел.

— И других попыток вы уже не предпринимали?

— Замужество как таковое с тех пор никогда не казалось мне необходимым условием счастья. Подозреваю, вы с мисс Мортон можете лучше других понять меня. Иначе вы давно бы уже были женаты.

— Пожалуй, да, — согласился Квайст. — Но давайте вернемся к нашим баранам. Вы ещё помните, зачем я сюда приехал? Чтобы приступить к созданию нового имиджа великого Марка Стилвелла. Так, где же папка с биографическими материалами?

— Вы получите ее, как только Марк прервет свое затворничество, — ответила Беатрис Лоример.

— Может быть, поговорим немного о Давиде Леви? Ведь ни для кого не секрет, что за строительством спорткомплекса стоит его финансовая группа.

В поведении Беатрис произошла какая-то трудноуловимая перемена. Она как-то вся подобралась, стала говорить медленнее, тщательно и осторожно выбирая слова.

— Дэйв очень интересный человек, — сказала она, — Но он принадлежит к другому поколению. Начинал мальчишкой-посыльным на фондовой бирже, не имея ни гроша за душой.

— Воплощение легенды об американской мечте? — поинтересовался Квайст.