Читаем Хищник полностью

"Только может быть, - подумал он, готовясь перебросить свою муху через реку, - и только может быть, лосось научится ловить муху".

Как и подобало его статусу одного из молодых столпов Хьюстонского общества, Д'Шонн Браун имел роскошный номер в "Релиант Стадиум", родине городской франшизы НФЛ "Хьюстон Тексанс". Он пригласил своего консультанта по корпоративной безопасности Клинта Хардинга, бывшего полевого лейтенанта в техасских Рейнджерах, элитном правоохранительном агентстве штата, присоединиться к нему, когда техасцы встретятся со своими соперниками по дивизиону -Индианаполисскими кольтами. Жена Хардинга Мэгги и трое их детей-подростков тоже пришли, как и нынешняя подружка Д'Шона, восхитительная блондинка-наследница недвижимости по имени Кимберли Мэттсон, которая выглядела безумно, но горячо в невероятно дорогих старомодных джинсах с пятью карманами от Брунелло Кучинелли, закатанных на лодыжке, чтобы показать свою новую татуировку в виде розовой гирлянды. Вечеринку завершили Рашад Тревейн, его жена Шонель и их 9-летний сын Ахмад. В общей сложности там было десять богатых, респектабельных жителей Хьюстона: молодые и старые, мужчины и женщины, черные и белые, все они весело общались на футбольном матче. Служитель был под рукой, чтобы обслужить их из частного буфета горячих и холодных изысканных блюд. В ведерках со льдом лежали бутылки "Будвайзера", белого вина и безалкогольных напитков для детей. Ряд телевизионных экранов показывал в прямом эфире каждую вторую игру, сыгранную в это воскресенье. Болельщица, одетая в блестящие красные ботинки, микроскопические синие шорты и эластичный укороченный топ с глубоким вырезом, заскочила на личный визит, предоставленный каждому роскошному люксу. В общем, что может быть лучше образа Америки двадцать первого века?

В середине второй четверти техасцы забили тачдаун. Когда стадион закачался под рев толпы, Д'Шонн наклонился, мягко отвел волосы Кимберли от ее уха, поцеловал ее и, пока она все еще улыбалась, сказал: Мне нужно обсудить кое-какие дела, и какое-то время в игре ничего не произойдет.’

‘Есть что-нибудь, о чем мне следует знать?- спросила Кимберли, у которой самой были сильные предпринимательские инстинкты.

- Нет, у Рашада проблемы с одним из суставов. Он думает, что кто-то из персонала бара обирает его. Он может время от времени закрывать глаза на бесплатную выпивку, но он проводит черту в ящиках с шампанским.’

Д'Шонн поднялся со своего места и направился в заднюю часть ложи, где его уже ждали Хардинг и Рашад. ‘У тебя есть решение проблемы с воровством?- спросил он.

- Да’ - сказал Хардинг. ‘Я пошлю туда одного из своих парней под прикрытием, пусть он поработает официантом. Если что-то происходит, он узнает, что это такое и кто это делает.’

- Рад, что ты с этим разобрался. А теперь расскажи мне, что будет с Джонни Конго. Это очень забавная штука. Я мог бы написать вам диссертацию о смертной казни с юридической точки зрения, но я гораздо меньше знаю о конкретных практических аспектах. Например: как они доставляют такого парня, как Джонни, из Полунского в дом смерти?’

‘Очень осторожно, - сухо ответил Хардинг. Это был высокий худощавый мужчина, такой же загорелый и крепкий, как пеммикан, и он был чертовски хорошим полицейским, гордясь этим тоже, пока не пришел работать на Д'Шона Брауна. Работа охранника, на которую его наняли, была настоящей, но с течением времени он все больше осознавал грязную правду, которая скрывалась за блестящим корпоративным фасадом Д'Шонна Брауна. Он не был свидетелем каких-либо реальных преступлений, но чувствовал затяжной запах преступности. Его проблема, однако, заключалась во втором открытии: насколько он и, что еще важнее, его семья наслаждались дополнительными деньгами, которые он зарабатывал с тех пор, как ушел из рейнджеров. Он никак не мог вернуться к правительственному платежному чеку, поэтому Хардинг успокаивал свою совесть точно так же, как Шелби Вайс, никогда не делая ничего явно незаконного или сознательно помогая в совершении такой деятельности.

Прямо сейчас, например, его старые полицейские инстинкты подсказывали ему, что Браун и Рашад что-то замышляют, но пока ничего конкретного не было сказано, а вся информация, которую он предоставлял, была достоянием общественности, он мог честно сказать, что ему ничего не известно о готовящемся или совершенном преступлении.

- Итак, Полунский находится примерно в миле к востоку от озера Ливингстон, и вокруг него нет ничего, кроме травы и нескольких деревьев. Если кто-то выберется из этого места, которое является несбыточной мечтой, ему негде будет спрятаться. Так вот, блок стен-это совсем другое дело. Это почти в самом центре Хантсвилла.’

‘А что происходит между ними?- Спросил д'Шонн.