Читаем Казанова полностью

В театре он встретил красивую Сару де Муральт с отцом и матерью. Она еще помнила шутку в постели Дюбуа. Ее отец, Луи де Муральт, швейцарский резидент в Лондоне, был в долгах, и менял жилище каждый день. Казанова заплатил судебному исполнителю, взял все семейство в свой дом, предложил кредит на поездку, и сорвал пять минут любви с семнадцатилетней Сарой в комнате, которую отец покинул на пять минут. Он просил ее руки и был отвергнут. Пассано оклеветал его де Муральту. Он хотел любить Сару авансом, но был отвергнут. Неужели у него больше нет успеха у молодых женщин: после Марианны Шарпийон - Сара де Муральт? "Я пришел к выводу, что мои ласки не нравятся им больше." Он начинает презирать себя, потому что его любовью пренебрегают, и пишет с обнаженной яростью: "Мы, люди, не значим друг для друга ничего". Какое признание знаменитого любовника!

Одна немецкая графиня, которая искала в Лондоне возмещения военных убытков своего ганноверского имущества, возникших по причине британской армии, и впала в долги, не только сама улеглась в постель, но разослала пять прелестных молодых дочерей за деньгами к кавалерам, невзирая на то, что девушкам придется уплатить пагубную цену. Казанова купил девушек по двадцать пять гиней за штуку, а когда мать посадили в долговую тюрьму, освободил ее, взял семейство в свой дом, спал со всеми пятью, истощив свое состояние и себя. Через месяц у него не было больше денег, не было украшений, не было кредита, а было 400 гиней долгов. Он не платил ни за стол, ни за виноторговцу, для экономии обманывал своего негра Жарбо, продал свой орденский крест, чтобы смочь уплыть морем в Лиссабон, отказался от своего дома, взял комнатку подешевле и к несчастью взял фальшивый вексель фальшивого барона по имени Стенау, от любовницы которого он получил венерическую болезнь. Банкир Ли объяснил ему, что вексель фальшив, и дал ему 24 часа для защиты. Стенау убежал на континент. Казанова должен был бежать в тот же день, ему грозила виселица. Он взял вексель на Альгаротти в Венецию, написал Дандоло, что он должен уплатить деньги Альгаротти, инкассировал вексель у какого-то еврея, продал портному золотое шитье от нового костюма, за десять фунтов освободил из долговой тюрьмы канатного плясуна по имени Датури и взял его в слуги на место обманутого Жарбе. Датури был его крестный сын, может быть сын настоящий, он лишь с трудом вспоминал мать Датури, вероятно у них была связь 21 год назад, вероятно она была "одной из тысячи моих возлюбленных." Он шел по улице и упал, врач сделал ему кровопускание, и он бежал на континент. В Дюнкерке он встретил Терезу де ла Мер с шестилетним мальчиком, очевидно это был его сын. "Я смеялся над собой, что нахожу своих детей рассеянными по всей Европе." В Турне он в последний раз видел графа де Сен-Жермена. Граф обещал излечить его от скверной болезни пятнадцатью пилюлями за три дня; Казанова предпочел обратиться к хирургу в Везале, которому потребовалось четыре недели. Едва излечившись, он наконец заполучил в постель Редегонду, красивую пармезанку.

В Вольфенбюффеле он провел "в третьей по счету библиотеке Европы" восемь дней, "которые причисляют к счастливейшим в жизни". Добродетель всегда имела для него большую привлекательность, чем грех. Он занимался переводом "Илиады".

В Берлине маршал Кейт посоветовал ему написать королю Фридриху II прошение на должность. Король назначил Казанове встречу в парке Сан-Суси в четыре часа, пришел с чтецом и борзой собакой, не снял шляпу перед Казановой, назвал его по имени и резко спросил, чего он желает. Пораженный грубым приемом, он не мог вымолвить ни слова. "Говорите! Разве вы мне не писали?" "Да, сир. Но я все забыл в присутствии Вашего величества. Лорд Кейт должен был меня предупредить." - "Он знает вас? Но о чем вы хотите говорить со мной? Что вы скажете о моем парке?" Фридрих II начал расспрашивать, не давая Казанове времени на ответ: о Версале и проблемах гидравлики, о венецианском флоте и теории лотерей Казальбиги, о боге, уравнениях вероятности и налоговых проблемах. Дуэль двух спорщиков или парад двух дилетантов? Внезапно Фридрих II остановился и смерил Казанову взглядом с ног до головы. "Знаете, вы очень красивый мужчина!" Три дня спустя Кейт сказал, что он понравился королю.

Через шесть недель Казанове предложили место воспитателя в новой кадетской школе для померанских юнкеров, с шестьюстами талеров и свободным коштом. Пять воспитателей на пятнадцать юнкеров должны всегда сопровождать их и появляться при дворе в костюме с галунами. Казанова пришел в заведение в элегантном костюме из тафты с украшениями. Кадеты были грязными двенадцатилетними мальчишками, воспитатели выглядели как слуги. Неожиданно пришел король с Квинтусом Ицилиусом и, как унтерофицер, начал бурчать над полным ночным горшком.