Читаем Карибы полностью

В январе в зауральскую степь ушли ватаги купеческих приказчиков, для закупки у казахский ханов и прочих степных султанов и правителей коней. Летом сего года понадобиться огромное количество не высоких, но выносливых степных лошадок, для переброски пеших стрельцов к месту боя. И уже весной, как только подсохла степь, на земли уезда начали перегоняться кочевниками, табунки и табуны невысоких, маленьких, но крепеньких и выносливых степных лошадок. А для уездных табунщиков и кавалеристов расквартированных в уезде частей и подразделений, наступили горячие деньки, всех пригнанных лошадей предстояло хоть немножко объездить и мало-мало приучить к седлу и всаднику. Чуток обученных и приученных коней снова сбивали в табуны и начинали перегонять через степь к Волге, на берегах которой временно и оставили их пастись, до нужного момента.

Все начало этого года в Уральском уезде шли активнейшие приготовления к предстоящей войне с татарами и турками. Наполнялись личным составом кадрированные подразделения, сбивали их в боеспособные части и соединения. Запасали оружие, припасы к огнестрелу, даже начали производить новинку, обычную для попаданцев колючую проволоку, но невиданную вещь для хроноаборигенов, которой запасли порядка сотни километров. Предполагая использовать её для остановки легкой татарской конницы и пехоты из этих же спешенных кавалеристов, это самом то, если и не остановить, но основательно задержит под огнем орудий и ружей. Из тех же расчетов, задержать противника перед укреплением как можно дольше, начали производить в массовом порядке и простейшие противопехотные мины нажимного или натяжного действия. Полкило пороха, в просмоленной деревянном корпусе, запал, с капсюлем и «гвоздиком», либо с выдергиваемой чекой. Но запустили в производство, не большой серией и более «навороченную» мину, МОН-50, на основе местных материалов и технических возможностей. Однако электродетонатор у данной мины сохранили.

С окончанием ледохода начали перебрасывать поближе к предстоящему ТВД припасы, укрывая их за стенами городков и крепостиц. В том числе, в июне, перебросили в Царскую Крепость (Царицын) детали шести уральских шхун, оснастку для них, вооружения и припасы для выхода в море. В июле, по переволоку, перекинули в Дон, в котором и собрали кораблики, вооружили и снабдив припасами и командами, перевели к концу октября во взятый русскими войсками Азов.

* * *

Приготовления к войне, но более скрытые, шли и на остальной территории царства. Доформировывались крайние полки царских стрельцов, их полусотни запланированных русским монархом. Но обучения мужиков, набранных в полки дело не быстрое, а войска нужно быстро. И пошли из-за границы группы разноплеменных наемников, сведенных в русской земли в отдельные наёмные полки иноземного строя. В основном шли немцы из германских княжеств и жители бывшей Ливонии, в том числе и проживающие уже в Русском царстве. Но с началом навигации в Ригу прибыла пара отрядов тысячи по полторы наёмников из ирландцев и шотландцев. Хотя представители «витязей» установили контакты с ирландскими и шотландцами кланами еще пять лет назад, потихоньку снабжая понемногу своих знакомцев трофейным оружием, военным припасами и изредка подкидывая не большое количества серебра, натравливая их немного по бандитствовать на суше и по пиратствовать на море против подданных королевы Елизаветы I Английской. То наем, представителей этих народов в ряды русской армии, произошел впервые. Заодно ещё раз подтвердили «слабость» армии и власти царя Ивана, запустив за рубежом слух, об недоверии московского правителя к своим воинам и боярам. Из-за чего царь и вербует в свою охрану иностранных наёмников.

* * *

Прибытие наемников из-за рубежей царства, особенно из германских княжеств, несло угрозу эпидемии чумы, которая продолжая систематически появляться в портовых городах Балтики, и каждый год, с наступлением тепла, пытавшаяся прорваться через царские санитарные кордоны с карантинами. Вот и среди прибывших «солдат удачи» выявили пару случаев заболеваний одного-двух ландскнехтов. Благо быстрая изоляция в карантине, не только заболевших, но и всех контактирующих с ними, позволило избежать разрастания этой болезни в эпидемию. Помещенных в карантин начали лечить лекарскими снадобьями, что по царёву распоряжению привезли лекари из Петроградского университета, и большинство из заболевших выжили, только парочка, заболевших самыми первыми отошли в иной мир. Да ещё очередное судно с чумной командой на борту перехватили, поместив в карантин. Этих правда лечить очень и не старались, нечего переводить царские снадобия на схизматиков и еретиков разных. Но все, кто к моменту помещения в карантин не имели видимых признаков «черной смерти», хотя бы и были инфицирование, вышли из него своими ногами, живыми и здоровыми. Правда без корабля, товаров и другого имущества, которые по действующим царёвым правилам были сожжены, как подвергшиеся заражению моровым поветрием.

* * *