В середине сентября мы выиграли практически на автомате очередной тендер в горздравотделе на поставку медоборудования в городские больницы на сумму около тринадцати миллионов рублей — гематологические анализаторы, аппараты ИВЛ, приборы внутрижелудочной РН-метрии, цифровые ультразвуковые диагностические системы (Карман уже не сам играл тендеры в своей епархии — горздравотделе, официально закупками занимался комитет муниципального заказа, на который он и святой Иосиф имели влияние); и после этого наше общение со старым седым полковником временно прекратилось: мы перестали встречаться, редко созванивались, все вопросы решались через исполнителей, а деньги ему (ежемесячные платежи) носил мой родной брат Максим, студент мединститута.

Итак, капризный демиург Иосиф прекратил свои нападки, очевидно, у него обнаружились более серьезные дела — и об этих делах, а также об истинных причинах его неприязни, немного позже. А поведение его протеже было ещё только первым накопившимся облачком, первым звонком издали.

Глава 22,

Где раскрываются причины, толкающие предпринимателя брать кредиты подчас под неразумный процент, и где мудрый читатель призадумается над метким изречением: «Кредит — это афера»

Самым спокойным и безопасным периодом моей деятельности было то время, когда я работал на своих деньгах и не был никому должен. Осознание этого факта явилось мне в полной мере в начале 2004 года, на седьмом году моей предпринимательской активности. Мне как владельцу частного бизнеса всегда приходилось в той или иной форме кредитоваться (до этого, работая с Гордеевым, я рисковал только своими деньгами). Поначалу то было взятие товара у поставщиков без предоплаты, на условиях отсрочки платежа. Такой вариант кредитования можно считать вполне безопасным: в случае форс-мажора кредитора можно кинуть (если у него нет возможности взыскать долг силой), либо вести бесконечные переговоры, договариваться и растягивать выплату на долгий срок — если это серьезная структура с собственной службой безопасности. Мне довелось иметь дело с самыми различными структурами и могу сказать, что вести диалог можно абсолютно со всеми компаниями. Другое дело банки: при первой же задержке выплаты процентов они автоматически включают свой карательный механизм, кроме того, заносят твои данные во всевозможные стоп-листы и всячески вредят тебе и твоей репутации даже в ущерб своим собственным интересам, ведь у тебя остается мало шансов вернуть им долг, если твоим партнерам станет известно, что у тебя проблемы. Если у тебя хорошие отношения с банкирами, то на какой-то незначительный период удастся сдержать службу безопасности и отсрочить санкции. На какой-то незначительный срок. Но всё равно ты будешь у них под колпаком и они постоянно будут тебя третировать и не успокоятся до тех пор, пока не опечатают твоё имущество и не пустят тебя по миру.

Первый банковский кредит я получил в Кировском отделении Волгопромбанка (г. Волгоград) осенью 2001 года. Сумма была незначительная — 400,000 рублей. Залогом по кредиту был товар в обороте — то есть находившаяся на складе продукция. Сотрудники кредитного отдела пришли на склад, осмотрели то, что там находится, и подписали бумаги. Они не могли проверить, насколько реальные цены указаны в документах, на самом деле стоимость была завышена в несколько раз, чтобы сумма товара превышала сумму кредита в три раза. Бухгалтерская отчетность была соответствующим образом исправлена — необходимо было показать высокую прибыльность и достаточно высокие налоговые платежи. Управляющий филиалом получил 10 % от суммы кредита.

Далее, с расширением бизнеса, мне снова пришлось кредитоваться в Волгопромбанке. После смены того первого управляющего, который получал комиссионные и принимал все документы, что мои сотрудники предоставляли на кредитный комитет, возникли поползновения к тому, чтобы в обеспечение кредита была заложена недвижимость либо другое реальное имущество, а не «товар в обороте», который сегодня на складе, а завтра продан. Однако мне удалось пресечь эту нездоровую тенденцию. В середине 2004 года задолженность перед Волгопромбанком достигла 2,5 млн рублей. Обеспечением кредита был всё тот же товар в обороте. Его уже даже не проверяли. Обороты по расчетому счету искусственно завышали, то есть несколько раз прогоняли одни и те же суммы, чтобы активность компании казалась выше, чем она есть на самом деле. Кроме того, я перечислял на Совинком деньги других своих фирм, в том числе Экссона, и платил за них с Совинкома в счет взаиморасчетов. Это создавало проблемы бухгалтеру, которому приходилось закрывать документами эти денежные трансакции, но мне нужно было поддерживать репутацию очень успешного человека, так как я рассчитывал кредитоваться более крупными суммами.