Маленький вздернутый нос украшал пирсинг, но более заметным это его не делало. Как и узкий рот, накрашенный темно-бордовой помадой. Небольшие миндалевидные глаза с короткими прямыми ресницами и настолько темной радужкой, что зрачки были не видны, с подозрением рассматривали мою скромную персону.

— Ты Саяна? — вопрос прозвучал так, что захотелось вытянуться по струнке и отдать честь.

По-русски она говорила почти без акцента, лишь немного тянула гласные, что свойственно иностранцам.

— Да. — На всякий случай я еще и кивнула. Может, паспорт показать?

— Глеб не говорил, что приедешь. — Маленький нож хищно блеснул, складываясь, и был убран женщиной в карман темных джинсов.

Странно, минуту назад казалось, что к моему горлу приставлено, как минимум, мачете.

— Так получилось.

— Мы поругались, понимаешь? — она протяжно выдохнула, — он психанул и хлопнул дверью, я по делам уехала, сегодня вхожу в дом, все вверх дном, ты стоишь. Что было думать?

— Так вы вместе живете?

— Мы и спим вместе! — женщина обиженно вздернула нос. — Понимаешь?

— Извини, просто он ничего не говорил.

— Ай, мужчины! — она отмахнулась. — Чего от них ждать? Гюле сама вещи его собрала и перевезла к себе, все!

— Так ты Гуля?

— Гюле я, — женщина закатила глаза, — но зови Гулей, Глеб тоже так зовет. Иногда Гюльчатай обзывает и смеется, шайтан.

— Приятно познакомиться!

— И мне! Ты с дороги, отдыхай. Я вот только демона унесу отсюда.

— Кого?

— Димона, говорю, унесу. — Она кивнула на манекен с ножом в груди. — Хочешь в душ? Сейчас, подожди.

Гуля смерчем закрутилась по комнате, и вот уже я стою со стопкой полотенец, а она подталкивает меня к ванной комнате. Что ж, хорошая мысль!

[1] Не двигайся (тур.)

[2] Кто ты? (тур.)

[3] Зачем пришла? Что искала? (тур.)

Глава 5 Защитное око

Саяна

Полностью умиротворенная, я вышла из ванной, подсушивая полотенцем мокрые волосы, и даже не узнала комнату. Все чинно стоит на своих местах и сияет чистотой. И в большой комнате та же история: ни следа бардака, образцовый порядок и в воздухе витает дразнящий аромат кофе! Там приборки было на несколько часов, как одна хрупкая женщина смогла управиться так быстро? Похоже, не зря о хозяйственности турчанок ходят легенды!

Позволив запаху вести, я нашла кухню. Гуля одной рукой помешивала кофе в медном котелке, другой прижимала сотовый к уху и, судя по тону, кого-то отчитывала. Голос становился все громче и громче. Прорычав последние слова, она отбросила телефон в сторону и заметила меня.

— Саяна, брат говорил, куда отправился? — вопрос прозвучал напряженно.

— Просто смс прислал, что не сможет встретить.

— И больше ничего?

— Нет. — Что-то мне все это не нравится. — Когда я приехала, здесь был мужчина, он тоже Глеба искал.

— Как этот мужчина выглядел?

— Типичный скандинав, высокий, глаза голубые. Сказал, что его зовут Бера. И очень просил, чтобы передала брату, когда тот объявится, что им нужно встретиться по какому-то очень важному делу, срочно. — Мне показалось, или в ее глазах на самом деле промелькнул страх? — Гуля, что случилось?

— Ничего, — она отвернулась к плите и сняла котелок с огня. — Давай кофе попьем, у меня пахлава есть. Садись за стол.

— Кажется, ты что-то не договариваешь.

— Ай, какая! — женщина поставила передо мной блюдо с восточным лакомством и разлила кофе по маленьким чашечкам. — Штормовое объявили, где Глеб, не знаю, волнуюсь. Собирался снимать природу. Вдруг в непогоду попадет. Понимаешь? — она села напротив меня, взяла кусочек пахлавы. Рука заметно дрожала.

— Штормовое предупреждение? Вроде небо ясное было, когда я прилетела.

— Это все Босфор. Настроение поменял, гневается. За минуту погода испортилась. Гляди, — Гуля отодвинула занавеску на окне, — небо какое.

Я посмотрела на грязно-серые облака, быстро плывущие в вышине. Ветер нетерпеливо подгонял их, как мать, ведущая детишек в сад и опаздывающая на работу. От восторженно голубого небосклона с щедрым на тепло солнцем не осталось и следа. Будто и не уезжала из Москвы.

— Только бы наводнения не было, — пробормотала Гуля, встав. — Пойду белье сниму, унесет ведь все, шайтан.

Когда она вернулась, я успела уже три раза набрать Глеба.

— У него, похоже, телефон выключен. — Теперь руки дрожали и у меня. — Гуля, может кто-то знать, куда он собирался?

— Если только отец Тимофей, Глеб на каждую крупную съемку у него благословение брал.

— Скажи адрес церкви, я съезжу.

— Не найти тебе. — Женщина с сомнением покачала головой. — Там и свои плутают.

— Я найду.

— Смотри тогда. — Она оторвала от блокнота на холодильнике лист бумаги, взяла карандаш и начала по старинке рисовать "карту". — Это в районе Каракёй.

— Где Босфор с бухтой Золотой рог граничит? — уточнила я.

— Он сразу за Гапатским мостом. Через него трамвай бегает. Выходишь у мечети, остановка Топхане, а потом, смотри, — Гуля быстро нарисовала на листочке нечто, больше напоминающее лабиринт. — Проходишь немного в сторону Каракёя, переходишь на вторую или третью улицу к Босфору, проходишь ее — и ты на месте. Поняла?