Читаем Кант полностью

Под публикацией Мазона стоит ссылка на архив Литературного музея. Там меня ждало разочарование: ничего подобного нет и никогда не было. В Театральном музее когда-то хранился фонд княгини Зинаиды Волконской (дочери А. М. Белосельского), где находятся интересующие меня материалы. Теперь это все в ЦГАЛИ – фонд 172, опись 1, единица хранения 153. Открываю папку, и на вкладыше, где расписываются читатели, вижу отметку: «Для Мазона». Это значит, что французский славист сам с текстом не работал, для него сняли машинописную копию, причем сделали это небрежно – с пропусками и ошибками, затрудняющими понимание и без того неудобочитаемого текста. Есть в публикации Мазона многоточие, в подлиннике на этом месте большая клякса. Беру лупу и вижу lebonsens (здравый смысл). Француз здесь не встал бы в тупик. Перевод письма Канта действительно перечеркнут. Иначе с ним обойтись было нельзя: он выполнен ужасно, некоторые слова перевраны до неузнаваемости. Только немецкий черновик позволяет понять их смысл. Заглядывая в черновик, вспоминая, что мне приходилось встречать в других местах у Канта, я выправляю перевод. В результате возникает следующая реконструкция, публикуемая здесь впервые.

КАНТ – БЕЛОСЕЛЬСКОМУ

«Дианиология» – драгоценный подарок, который Вашему Сиятельству угодно было преподнести мне прошлым летом, – благополучно попала в мои руки. Два экземпляра книги я передал лицам, способным оценить ее достоинства. Все истекшее время я думал о том, чтобы выразить свою признательную благодарность Вашему сиятельству, но различного рода обстоятельства препятствовали этому. К тому же мне хотелось кое-что сказать о том поучительном уроке, который я извлек для себя, чего я коснусь лишь в самых общих чертах.

Чтобы изобразить по школьным канонам Ваше замысловатое разделение познавательных способностей и усвоить с пользой Ваши понятия, я представляю себе две страныили области, отдаленные друг от друга (наши врожденные предрасположения, наша природная метафизика). Страна рассудка в широком значении этого слова есть способность мыслить, страна созерцания есть простая способность чувствовать, воспринимать.

Первая из этих стран состоит из трех сфер. Первая сфера – сфера рассудкаили способности понимать, создавать понятия, объединять созерцания. Вторая представляет собой сферу сужденияили способности применять понятия к частным случаям inconcrete, то есть приводить в соответствие с правилами рассудка, и это составляет собственно ум, lebonsens. Третья есть сфера разумаили способности выводить частное из всеобщего, го есть мыслить по основоположениям.

Если эти три умственные способности первой страны будут употреблены по аналогии с высшим законодательством разума, направленным на истинное завершение человека, и создадут систему, целью которой является мудрость, то они составят сферу философии.А если приведут себя в соответствие с низшей способностью (простым созерцанием), а именно с самой существенной ее частью, которая представляет собой творчество и состоит в воображении (не порабощая себя при этом законами, а отдаваясь стремлению черпать из самих себя, как это имеет место в изящных искусствах), то они составят особую сферу гения,что равнозначно слову «дар», «творец».

Таким образом, я могу обнаружить пять сфер.

Если, наконец, воображение уничтожает себя произвольным своим действием, оно вырождается в обычное помрачение или расстройство ума; когда оно не повинуется больше разуму, да еще силится поработить его, человек выпадает из сословия (сферы) человечества, низвергаясь в сферу безрассудства или безумия.

Прошу Ваше Сиятельство проявить снисходительность к этим незрелым моим мыслям. Они приведены здесь в подтверждение того, что я размышлял над содержанием Вашего глубокомысленного сочинения.

Остаюсь и проч.».

Сопоставляя окончательный вариант письма с первоначальным наброском, мы видим, что философ несколько умерил пыл своих похвал. В текст письма не попал тот панегирик Белосельскому, который мы цитировали выше. Но разговор идет на равных. И надо признать: без помощи Канта оценить подлинные достоинства «Дианиологии» трудно, может быть, невозможно. Пример тому Верещагин и Мазон.

Но значение письма Канта не только в этом. Перед нами предельно сжатая итоговая характеристика философского учения Канта, начертанная рукой автора. Суть дела нам уже знакома. Рассудок, способность суждения, разум – три способности мышления, три кита, на которых держится мир философии, приведенный в систему. Рассудок – основа науки, он формирует понятия. Способность суждения пользуется ими в конкретных случаях жизни и деятельности. Первоначально Кант понимал способность суждения предельно узко, но затем она превратилась у него в центральное звено системы, порождающее искусство и культуру. Разум – контрольная инстанция, направляющая рассудок, ограждающая его от ошибок, это сфера нравственности, практического осуществления философских принципов.