Читаем Канон полностью

— Дафна, — вздохнул я.

— Тогда я сказала… — пробормотала она.

— Не надо, — попросил я.

— Что мы могли бы… — сверкнула она глазами, и я снова почувствовал, что она опять краснеет.

Её дыхание обожгло мне щёку, и я снова провёл рукой по её волосам.

— Я сказала, что мы могли бы пожениться уже этим летом, и тогда… — сбивчиво проговорила она. — Но ты неправильно всё понял! Совсем неправильно, понимаешь?

— Объясни мне, — попросил я.

— Иногда быть рядом с тобой становится пыткой, — прошептала Дафна. — Я не могу дышать, меня бросает то в жар, то в холод, охватывает слабость, и сердце замирает, словно ждёт чего-то…

— Тш-ш, — сказал я, прикрывая ей рот указательным пальцем. — Погоди, не сейчас!

— Сейчас, Алекс, — помотала она головой. — Сколько можно это в себе носить?

— Но я же ношу, — пожал я плечами.

— Ты? — вскинулась она. — Так ты?..

— Тш-ш, — повторил я.

— Я хочу быть ближе к тебе, — тихо призналась она. — Поэтому я сказала про женитьбу, а не чтобы…

— Я понял, — сказал я. — Не волнуйся. Ты вовсе не хотела меня таким образом заставить…

— Я Панси не брошу, — пояснила Дафна. — Ты не подумай. Или мы обе, или никто. Но скоро… скоро её день рождения. Мы могли бы пожениться, и после этого…

— Кто первый? — спросил я.

— Что? — ахнула она. — Что — кто первый?

Я почувствовал, что сам горю. Кончики ушей так точно должны были раскалиться докрасна.

— Мы же поженимся, — напомнил я. — И тогда… первая ночь… Кто первый? Или мы втроём?..

— Ужа-ас! — пролепетала она.

— Или ты не об этом? — спросил я.

— Я об этом, — закивала Дафна. — Я хочу, чтобы мы с тобой… Но не втроём… Ой, мамочки, что я такое говорю!.. Нет, я хочу…

— Что? — поторопил я.

— Чтобы мы с тобой стали ближе… — почти неслышно призналась она. — Стали совсем близки… Поженились и… Чтобы…

В ушах у меня колотило так, что я уже почти не слышал её шёпота. Не удержавшись, я заткнул ей рот поцелуем и прижал к себе за талию.

— Алекс, я… — прошептала она, на секунду вырвавшись, но я снова приник к её губам.

Ноги её подогнулись, и я не нашёл ничего умнее, чем положить её на траву, а сам лёг рядом. Она исступлённо терзала мои губы и язык, притягивая к себе за голову, а потом ещё и зацепилась ножкой за мою, двигая по ней вверх-вниз. Моя рука невольно двинулась вверх, я достиг цели и сжал в руке…

Ба-бах!!! Голова взорвалась, будто от пропущенной оплеухи Гойла, вспыхнул свет, а потом всё разом потемнело… Очнувшись, я разглядел над собой на фоне темнеющего неба озабоченное лицо Дафны, которая склонилась так низко, что выбившиеся в пылу пряди волос нежно щекотали мне лицо.

— Дафна, — улыбнулся я и поднял ладонь, которую я теперь, наверное, неделю мыть не буду.

— Алекс… — покраснела она. — Прости, я сама не знаю, что произошло… Ты меня… Ты меня потрогал, а потом я увидела тебя лежащего рядом… И рука очень болит, — пожаловалась она напоследок, демонстрируя ушибленную лапку.

Щека у меня горела. Я взял её руку в свою и приложил к губам. Она отняла ладошку и погладила меня по щеке.

— Больно? — жалобно спросила она.

— Не переживай, — улыбнулся я. — Ничего страшного.

— Что это было? — спросила она.

— Есть у меня одна догадка, — усмехнулся я. — По-моему, мы с тобой пока не совсем ещё готовы… к таким… переменам в наших отношениях.

— Я готова! — запальчиво заявила Дафна. — Просто… ты меня не предупредил, вот!

— Я не думаю… — покачал я головой.

— Глупости! — фыркнула она, улеглась рядом и потянула меня к себе. — Давай, попробуй ещё раз!

Её глаза так сверкнули, что я сразу понял — отказываться было не просто глупо, но и опасно для здоровья, а может даже и жизни. Не то, чтобы у меня в мыслях было отказаться, но всё же… Я склонился над ней и осторожно коснулся губ, а она притянула меня обеими руками, с жаром мне ответив. Несколько минут мы просто целовались, и я решился снова позволить себе недавнюю вольность. Нашёл цель и стиснул в ладони...

Даже не успел прикрыть глаза… Словно тролль с размаху дал пинка. Ещё промелькнули перед глазами пролетающие мимо деревья, а потом я шмякнулся о землю… Ко мне с диким воплем метнулась Дафна, упала рядом на колени и сразу принялась меня ощупывать на предмет повреждений.

— Алекс, миленький! — причитала она. — Тебе плохо? Ты не сильно ударился? Не молчи, умоляю!

Я шевельнул головой и посмотрел в то место, откуда я начал свой стремительный полёт. Шесть метров, как минимум…

— Что это было? — поморщился я.

— Я не знаю! — чуть не плача, ответила она. — Стихийная магия, наверное… Я не знаю, я даже рукой шевельнуть не успела! Скажи, где болит?!

Мне подумалось, что если бы мой проклятый дед и по совместительству незадавшийся муж Перасперы не отбросил копыта ещё до того, как сподобился поцеловать невесту, — а к тому моменту уже молодую жену, — то всё равно недолго бы прожил. Она бы его точно убила, даже не поднимая палочки! Можно это считать моей независимой экспертной оценкой.

— Дафна, позвал я хриплым голосом. — Наклонись… — она послушно нагнулась ко мне и подставила ухо. — Вот, так хорошо! Теперь лечи!

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное