Читаем Канон полностью

То, что в наших мирах в отсутствие связывающих событий время идёт по-разному, объяснять второй раз нужды не было — прикидываться блондинками змейки, конечно, умели, но информацию схватывали на лету. Иначе как бы волшебники успевали за семь лет выучить практически всё, что касалось магии?! Панси активировала портал, и теперь они уже глазами бывалых путешественниц провожали взлетающие к потолку кольца и со снисходительными усмешками внимали мелодичному женскому голосу, отсчитывающему руны “адреса”.

— Ну? — нетерпеливо спросил я. — Нашёл?

— Ты не поверишь, — расплылся в широкой улыбке демон, показывая мне большую фотографию с лежащей на земле табличкой. — Трудности, правда, возникли практически неодолимые…

— Насколько неодолимые? — удивился я.

— Именно что — на сколько, — рассмеялся он, мотая головой. — Обнаруженная площадка оказалась не очень доступной… Прошло, кстати, полгода, если тебе интересно. Единственный плюс ситуации состоит в том, что удалось найти ранее неизвестную пирамиду, которая была полностью утоплена в песке, причём древностью она превосходит все известные до этого времени. Минус… минусов много.

— Правительственные организации сразу наложили свою лапу, ограничив доступ и всё такое? — догадался я.

— В точности, — кивнул Дима. — Хорошо, что у нас после всех открытий по части письменности Древнего Египта имеется некая репутация, которая теперь дополнилась ещё и вот этим… Доступ внутрь пирамиды никто не ограничивает, наоборот всё приглашают, может, мы ещё что-то новое обнаружим.

— Арка там? — нетерпеливо спросил я. — Работает?

— Да и не знаю, — ответил он. — Арка стоит, конечно, но приблизиться никто не может, и это совсем плохо, поскольку теперь ещё и военные в деле.

— Естественно, — поджал я губы.

— Вот фотографию я тебе сделал с тридцати метров, а ближе мне всё равно не подойти, — сказал он. — Шумиха, конечно, поднялась изрядная... От Боулинг я уже две недели бегаю…

— Слушай… — я защёлкал пальцами, поскольку мне в голову вдруг пришла интересная мысль. — Она же вроде не совсем бедная, не так ли?

— Ну-у… — осторожно протянул он.

— Сколько будет стоить выкупить эту пирамиду полностью в частные руки? — спросил я.

— Ей?! — возмутился он. — Ей-то она зачем? Да и денег не хватит…

— Нет, выкупить нужно для меня, — покачал я головой. — Ты всё же разведай, что как. И прямо сейчас отправляйся встречать Амелию.

— Ты что-то придумал? — прищурился он.

— Да, придумал, — ответил я. — Найдёшь её по табличке, — я кивнул на фотографию. — И заранее тебе спасибо.

— За что спасибо, Алекс? — удивился он, расплываясь в улыбке. — Одно дело делаем! Ну, пока!

Он поклонился змейкам, и Панси, помахав ему ручкой, коснулась палочкой рубина.

— А что ты придумал? — почти сразу требовательно спросила меня Дафна.

— Да ничего особенного, — улыбнулся я. — Пойдём на выход, нечего здесь толочься! Папа пошлёт Амелии записку с адресом. Мантия-невидимка у неё есть. Она пройдёт в мир Димы и спокойно выйдет наружу. Главное — помнить, что в таких важных для магглов местах повсюду камеры, на которые Репеллум не действует. Зато когда ты под мантией, то и камеры не видят — я проверял. Она встретится с Димой, тот перевезёт её в безопасное место, и тогда мы снова откроем портал.

— Ты такой умный! — восхитилась Панси, захлопав ресничками.

Я строго на неё посмотрел.

— И всё равно не верю, — покачал я головой. — Что будем смотреть?

Выяснение этого важнейшего вопроса отняло у нас не менее получаса. Когда девушки уже были готовы меня загрызть, я сдался и согласился, что “Четыре комнаты” мы можем посмотреть и в другой раз… когда нам всем уже будет хотя бы по восемнадцать. В результате мы пошли смотреть “Миссия невыполнима”. Фильм оказался в общем-то неплохой, и Дафна с Панси смотрели, не отрываясь, а потом ещё по пути домой продолжали делиться впечатлениями.

Ворота нашего особняка мы миновали, когда уже наступили сумерки. С гравийной дорожки мы свернули на тропинку, петляющую по саду, и Панси совсем незаметно исчезла. Испарилась. Только что я ощущал её ладошку в своей, и вдруг раз — и нет. Словно по ветру улетела. Дафна замедлилась и зябко повела плечами, которые я немедленно обнял. Потом она остановилась у дерева, прислонившись к нему спиной, и руками обхватила ствол. Я подошел почти вплотную, так, что её дыхание нежно щекотало мне кожу, и облокотился о дерево поверх её плеча. Её глаза призывно сверкали в темноте, и она нетерпеливо облизывала губы…

— Алекс, — вздохнула она, поняв, что я не собираюсь торопиться.

— Дафна, — откликнулся я.

— То, что случилось сегодня… — вздохнула она.

— Да-да, — подбодрил я её.

— Когда, ну ты знаешь, — она отвернула голову в сторону.

Если бы не сумерки, готов поспорить, она бы сейчас была такого же ярко-красного цвета, как сегодня днём.

— Понятия не имею, — покачал я головой.

— Алекс, — произнесла она.

Как мило! Я провёл рукой, легонько касаясь её волос.

— Алекс, — повторила она.

— Я ужасно соскучился, — признался я. — Мне тяжело, но ослиное упрямство не позволяет…

— Я знаю, — кивнула она и посмотрела на меня. — Я хотела тебе сказать…

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное