Читаем Калиостро полностью

Таким образом доверчивый и любознательный человек, жаждущий вечной молодости, сам того не замечая, все глубже погружался в таинственную неизвестность. И за каждое новое, ничего не открывающее открытие щедро расплачивался.

Когда богатых жертвователей собралось достаточно много, открылась масонская ложа Изиды. Первое ее заседание состоялось в том самом зале, где Калиостро давал первый сеанс «голубков». Собравшиеся новоиспеченные масоны спросили Великого Копта, правда ли, что он является сыном знаменитого графа Сен-Жермена, слава чудес которого еще недавно гремела по всей Европе и который вдруг бесследно исчез.

— Нет, это неправда, — отвечал Калиостро. — Я не сын его и не могу быть его сыном, ибо, во всяком случае, я не моложе его.

Но я глубоко его почитаю, и еще совсем недавно я и жена моя получили от него высшее посвящение… И узнали от него некоторые новые тайны.

Слушатели заволновались. Посыпались вопросы:

— Так граф Сен-Жермен жив? Где же он?

— Он живет в Гольтштейне, на лоне природы, — отвечал Калиостро. — Но доступ в его чудесный замок весьма затруднителен. Впрочем, хотя мы с ним никогда и не встречались, все же очень хорошо знали друг о друге по слухам. И он с радостью принял меня и мою жену. Свидание нам он назначил в два часа ночи.

И далее в течение часа Калиостро, все более увлекаясь и погружаясь в подробности, рассказывал зачарованным слушателям о причудливой обстановке, в которой принял их Сен-Жермен, о таинствах, открытых им…

На следующий день по всему Страсбургу ходил рассказ о таинственном посвящении в ложу и еще более таинственных событиях в замке графа Сен-Жермен.

А через два дня к Лоренце явилась депутация самых молодых и красивых страсбургских дам с просьбой открыть дамскую ложу Изиды. При этом первое заседание ложи непременно должно состоять из «посвящений» и «испытаний». Прелестные дамы города Страсбурга особенно настаивали на «испытаниях». И с помощью Лоренцы Калиостро удовлетворил их сокровенные желания.

Калиостро прожил в гостеприимном Страсбурге целых три года — редко он так долго засиживался на одном месте. Здесь же он приобрел в одном лице влиятельного друга и покровителя — кардинала Луи Рогана, страсбургского епископа.

Но и тут нашлись недоброжелатели. Кстати, а вернее, некстати объявился в городе и давний заклятый враг Калиостро — палермский ростовщик Марано. Так или иначе, Калиостро покинул Страсбург.

Лионское предостережение

После отъезда из Страсбурга великий маг посетил Бордо и осенью 1784 года приехал в Лион.

Он продолжал размышлять над разногласиями между масонами. Его по-прежнему увлекала мысль собрать всю братию под одно крыло и всех привести к «египетскому» соглашению, дабы самому встать во главе общего движения и тогда… Голова кружилась от мысли, что было бы дальше! Что монархи? Что святейший отец были бы тогда в сравнении с ним, Калиостро?

Но пока главным его занятием оставались лечение и организация обществ. В Лионе открывалась уже двенадцатая ложа. Кроме того, там существовали последователи Сведенборга и мартинисты. В Лионе уже знали о страсбургской деятельности графа и с нетерпением ожидали его прибытия.

В тот же день в честь приезда Калиостро было устроено факельное шествие. Перед гостиницей, где он остановился, исполнили серенаду. Девочки в белых платьях поднесли по букету графу и графине; их наперебой приглашали на обеды и засыпали подарками. Влиятельные люди заискивали перед новым учителем. Впрочем, Лоренце здесь казалось скучновато после Варшавы и Страсбурга.

Вскоре открылась новая ложа — «Победительной мудрости». Открылась подписка на сооружение здания храма в Бротто. Пик лионской славы графа пришелся на среду 24 ноября 1784 года, когда на собрании братьев Калиостро вызвал тень недавно скончавшегося Проста де Ронэ, и все ее отчетливо видели, и она говорила со всеми и всех благословила. Прост де Ронэ умер в полной бедности, раздав все свое огромное состояние бедным и различным благотворительным обществам. Так что появление почтенной тени вызвало слезы волнения на глазах у собравшихся братьев. Все обнимались, плакали, бросались к ногам Калиостро и даже, выходя на улицы, делились своей радостью с прохожими.

Но именно в ту ночь, как повествует одна из легенд, Калиостро, вернувшись домой, почувствовал, что находится в своем кабинете не один. Слабое мерцание исходило оттуда, где стояли стол и книжный шкаф. Граф зажег свечу и увидел Альтотаса. Почтенный старец обратился к Калиостро с предупреждением:

— Граф, проверьте свое сердце, вспомните вашу деятельность и только тогда, если найдете, что она никогда не была продиктована корыстью, тщеславием, гордостью или властолюбием, — только тогда ее продолжайте.

При этом Альтотас сообщил, что говорит не от собственного имени:

— Граф Калиостро, не увлекайтесь честолюбием, не вступайте в интриги политические или корыстные, не пускайте пыль в глаза бедным ротозеям, не желайте быть прославленным. Надейтесь только на Того, чье Царство — Сила и Слава. Иосиф Бальзамо, не губи себя, прошу тебя послушаться.