Читаем Как Царь Алексей Михайлович и Богдан Хмельницкий Украину освободили полностью

Однако многие русские в Литве не забыли, что они – русские. И даже некоторые православные литовские князья выбрали сторону Москвы, а не Мамая и Ягайло. Дмитрий Донской тоже созывал силы на отпор врагам, и к нему пришли братья Ягайло, Андрей и Дмитрий Ольгердовичи. Привели дружины из Полоцка, Брянска. Пришли князья и воины из Смоленска, Стародуба, Оболенска, Ельца, хоть и считались подданными Литвы. А одним из главных московских воевод стал Дмитрий Боброк со своими волынскими витязями. Плечом к плечу встали на Куликовом поле. Мамая разнесли в пух и прах.

Ягайло с литовской армией опоздал всего на день, находился в 30 километрах. Узнал, что случилось с мамаевыми полчищами, и развернулся прочь. Унёс поскорее ноги и трясся от страха – вот это силища у Москвы, такую победу одержала! А если Дмитрий Донской теперь нагрянет к нему в Литву? Или свои же братья свергнут? Чтобы выкрутиться, Ягайло придумал единственный выход. Решил подольститься к … Дмитрию Донскому. Посватал в жёны его дочку Софью. При этом поклялся самому перейти в православие и окрестить в православную веру всех литовцев. А московского государя обещал признать старшим над собой, подчиняться ему и слушаться.

Что ж, Дмитрий Донской был рад. Без всякой войны Литва соглашалась подчиниться Москве! Разные части Руси вот-вот могли снова соединиться! В 1382 году об этом подписали договор. Ягайло уже и в православие окрестился. Осталось только свадьбу сыграть. Но помешала беда. В Золотой Орде утвердился новый хан Тохтамыш. Он в глубокой тайне собрал войска и внезапно нагрянул на Москву. Русские оказались не готовы. Дмитрий Донской срочно выехал созывать воинов из разных городов и княжеств. А без него Тохтамыш обманул жителей будто хочет мириться. Ворвался в Москву, множество людей перебил, других угнал в плен и сжег город. После такой катастрофы Дмитрию пришлось снова подчиниться хану, платить большую дань.

Тут же и Ягайло передумал выполнять договор, жениться на его дочке. Ведь московского государя можно было больше не бояться. Подстраиваться к нему получилось незачем. А в Польше в это же время умер король Людовик. Сыновей у него не было, наследницей осталась дочка Ядвига. Католические епископы и польские паны давно уже обхаживали Литву. Присматривались, выискивали – как бы притянуть её к себе. Ну а сейчас хороший случай подвернулся, принялись обрабатывать Ягайлу: пусть женится не на русской, а на их принцессе! Тогда он станет королём, получит целое королевство. А для этого надо всего лишь окреститься в католическую веру и литовцев окрестить.

Ягайле такой вариант очень понравился. Из православной веры он перекинулся в католическую запросто – для него было всё равно. Женился на Ядвиге, стал королём Польши. А главными его советниками пристроились те же самые паны и католические епископы. Они сразу же взялись крестить в свою веру литовцев. Делали это одним махом, абы побыстрее. Строили целыми полками. Священники бормотали молитвы на непонятной латыни, брызгали освящённой водичкой и давали христианские имена. Так же, одним махом. В одном полку Петры, в другом Павлы, в третьем Стефаны. Потом поехали по селениям, собирали жителей толпами и крестили таким же образом. Литовцы из их молитв ничегошеньки не понимали, а про христианство мало что знали. Но им объявили, что отныне они католики.

А Ягайло епископы подучили, чтобы православных он вообще приравнял к язычникам. Король запретил им занимать любые государственные должности. Двое вельмож отказались последовать его примеру, перейти из православной веры в другую. Ягайло обоих казнил. Против своих православных братьев он начал войну. Хотя в Литве православных жителей было большинство. Возмутились и взялись за оружие другие князья. Преследования из-за веры пришлось прекратить, как-то мириться. Но православные, а значит все русские, стали в Литве людьми как бы второго сорта. Ниже католиков.

Вот так получилось, что Литва соединилась не с Московской Русью, а с Польшей. Государства считались вроде бы разными, но король общий. Его окружали польские придворные. Поэтому и литовцы стали перенимать культуру уже не русскую, а польскую. Знать учила польский язык, наряжалась по польским модам. Все документы стали писать на латыни, как было принято у католиков. А простые письма – по-польски.

Начали менять и государственные порядки, как было принято в Польше. Там богатых и знатных вельмож называли панами, мелких дворян – шляхтой, шляхтичами. Те и другие гордились своими «свободами», своевольничали. А власть короля была совсем небольшой. Правительством был сенат из самых могущественных панов. Высшим органом страны был сейм (парламент). Депутатов выбирали те же паны и шляхта, сейм принимал законы, даже выбирал короля – если не нравился, мог его свергнуть. Литовцы тоже стали называть своих князей и бояр панами, воинов княжеских дружин – шляхтичами, завели у себя сенат, стали собирать сеймы. Но и обычаи в Польше и на Руси во многом отличались.