Читаем Как стать искусствоведом полностью

Попробуйте переделать фразу «Ведь асфальт – синоним той крепкой твердости, которой является всякая воля Автора». Перепишите или перескажите ее, сохранив общий смысл. Получается? Подумайте: является ли асфальт синонимом (об уместности эпитета «крепкая» просто умолчим) твердости? Другой вопрос: всякая ли воля автора (написание «Автор» с прописной буквы оставим на Авторской совести) тверда? Вот что получается: всего два вопроса – и одно из важных утверждений в тексте аннотации потеряло осмысленное содержание.

Задавайте вопросы. Трясите все (ну хотя бы главные, заключительные) фразы как плодовые деревья: переспевшие и гнилые слова отвалятся.

Синонимы

Очень важное выразительное средство, практически универсальное – это использование синонимов и синонимичных рядов, составленных чаще всего из прилагательных.

Синонимичные эпитеты остаются самым зазубренным оружием любого пишущего на русском языке.

Синонимичные эпитеты остаются самым зазубренным, затупившимся, натруженным, стесавшимся, уставшим, близлежащим, популярным, излюбленным, не остывающим, не знающим ножен, приросшим к руке оружием любого пишущего на русском языке.

Убрать такие синонимы из текста – всё равно что посадить его на жестокую сушку, в результате которой от тела текста останется чуть больше половины начального объема. Не бойтесь дать тексту возможность похудеть! Снижайте количество вредного белого жира общеязыковых синонимов, перерабатывайте их в полезный бурый жир индивидуально-авторских.

Не побоимся применить этот простой рецепт к великому тексту:

Иван Тургенев «Русский язык»

Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, – ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!

– 295 знаков с пробелами. Убираем эпитеты:

Язык

Во дни сомнений, во дни раздумий о судьбах родины, – ты один мне поддержка и опора, о язык! Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы язык не был дан народу!

Результат сушки – 217 знаков с пробелами.

Для начинающего писать об искусстве (и не только) синонимы – универсальный прием, способный решить различные задачи.

Недостаточно объема? – Синонимы…

Не хватает глубины? – Синонимы.

Нет концепции? – Синонимы!

Для начала владения элементарным критическим оружием синонимичных эпитетов будет достаточно. Позже, на новом уровне бродилки-стрелялки «искусствовед», вы получите доступ к следующему – к метафоре.

Как отвечать на письма

Всё начинается с писем. Приходит на общую почту письмо от художника Х или его представителя с предложением (а порой и с требованием) сделать персональную выставку на вашей площадке. И на это предложение необходимо ответить, даже если материал в стиле «ужас-ужас». Положим, вам прислали презентацию художника, который увлечен абстрактной геометрией и рисует он исключительно ромбы разных размеров и цветов. Надо набросать ответное письмо от имени вашей институции.

Начните с того, что измените свою оптику. Потеряйте из вида конкретный «ужас-ужас» и поищите его возможные истоки. Проще всего плясать от нашей любимой печки – от Малевича. Для начала сформулируйте нечто безусловное и неопровержимое. Типа: «Многие современные художники вступают в… (сдержитесь!) …диалог с Казимиром Севериновичем». Подрасширьте начатое: «Некоторые из них ведут этот пластический диалог полемически, некоторые (как бы это назвать?) отстраненно». Не уточняйте, с какой из двух групп близок ваш адресат, пусть сам себя записывает в нужный ему отряд. Начало вашей отповеди неуязвимо, вы прикрылись крупным фиговым листком, теперь наведите туман: «Нельзя сказать, что все эти диалоги завершены, да и предназначены ли они были к завершению…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Немного волшебства
Немного волшебства

Три самых загадочных романов Натальи Нестеровой одновременно кажутся трогательными сказками и предельно честными историями о любви. Обыкновенной человеческой любви – такой, как ваша! – которая гораздо сильнее всех вместе взятых законов физики. И если поверить в невозможное и научиться мечтать, начинаются чудеса, которые не могут даже присниться! Так что если однажды вечером с вами приветливо заговорит соседка, умершая год назад, а пятидесятилетний приятель внезапно и неумолимо начнет молодеть на ваших глазах, не спешите сдаваться психиатрам. Помните: нужно бояться тайных желаний, ведь в один прекрасный день они могут исполниться!

Мэри Бэлоу , Наталья Владимировна Нестерова , Сергей Сказкин , Мелисса Макклон , Наталья Нестерова

Исторические любовные романы / Короткие любовные романы / Современные любовные романы / Прочее / Современная сказка
Рассказчица
Рассказчица

После трагического происшествия, оставившего у нее глубокий шрам не только в душе, но и на лице, Сейдж стала сторониться людей. Ночью она выпекает хлеб, а днем спит. Однажды она знакомится с Джозефом Вебером, пожилым школьным учителем, и сближается с ним, несмотря на разницу в возрасте. Сейдж кажется, что жизнь наконец-то дала ей шанс на исцеление. Однако все меняется в тот день, когда Джозеф доверительно сообщает о своем прошлом. Оказывается, этот добрый, внимательный и застенчивый человек был офицером СС в Освенциме, узницей которого в свое время была бабушка Сейдж, рассказавшая внучке о пережитых в концлагере ужасах. И вот теперь Джозеф, много лет страдающий от осознания вины в совершенных им злодеяниях, хочет умереть и просит Сейдж простить его от имени всех убитых в лагере евреев и помочь ему уйти из жизни. Но дает ли прошлое право убивать?Захватывающий рассказ о границе между справедливостью и милосердием от всемирно известного автора Джоди Пиколт.

Людмила Стефановна Петрушевская , Джоди Линн Пиколт , Кэтрин Уильямс , Джоди Пиколт

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература / Историческая литература / Документальное
Нежить
Нежить

На страницах новой антологии собраны лучшие рассказы о нежити! Красочные картины дефилирующих по городам и весям чудовищ, некогда бывших людьми, способны защекотать самые крепкие нервы. Для вас, дорогой читатель, напрягали фантазию такие мастера макабрических сюжетов, как Майкл Суэнвик, Джеффри Форд, Лорел Гамильтон, Нил Гейман, Джордж Мартин, Харлан Эллисон с Робертом Сильвербергом и многие другие.Древний страх перед выходцами с того света породил несколько классических вариаций зомби, а богатое воображение фантастов обогатило эту палитру множеством новых красок и оттенков. В этой антологии вам встретятся зомби-музыканты и зомби-ученые, гламурные зомби и вконец опустившиеся; послушные рабы и опасные хищники — в общем, совсем как живые. Только мертвые. И очень голодные…

Юхан Эгеркранс , МАЙКЛ СУЭНВИК , Дэвид Дж. Шоу , Даррел Швейцер , Дэвид Барр Киртли

Прочее / Фантастика / Славянское фэнтези / Ужасы / Историческое фэнтези