Читаем Каин полностью

Да, правда,Я удержусь пока от искушенья.Он спит и улыбается! Спи мирноИ улыбайся, маленький наследникЗемли такой же юной, как ты сам!Спи, улыбаясь! Ты переживаешьЧасы и дни невинности и счастья.Ты не срывал запретного плода,Не знаешь наготы своей. НастанетИ для тебя час кары за какой-тоТяжелый грех, которого ни ты,Ни я не совершали; но покудаСпи безмятежно! Щечки раскраснелись,Из-под ресниц трепещущих и темных,Как кипарис, колеблемый над ним,Просвечивает ясною лазурьюДремотная улыбка… Спит и грезит —О чем? О рае!.. Грезь о нем, мечтай,Мой мальчик обездоленный! Он — греза:Уж никогда и никому из смертныхНе быть в его обители блаженной!

Ада

Не сетуй, милый Каин, не тоскуйО прошлом над малюткою! Что пользыВесь век Эдем оплакивать? УжелиНельзя создать другого?

Каин

Где?

Ада

Где хочешь:Раз ты со мной — я счастлива без рая.Иль у меня нет мужа, нет малюток;Родителя и брата, кроткой СеллыИ матери, которой мы столь многимОбязаны — помимо жизни?

Каин

СмертьюМы тоже ей обязаны.

Ада

О Каин!Тот гордый дух, с которым ты ходил,Тебя еще сильнее опечалил.Я думала, что дивные виденья,Которые тебе он обещал,Тьмы тем миров, отживших и живущих,Которые ты видел, успокоят,Насытят ум твой знанием; но вижу,Что дух принес одно лишь зло. И все жеЯ благодарна духу и готоваПростить его за то, что ты вернулсяТак скоро к нам.

Каин

Так скоро?

Ада

Да, прошлоЛишь два часа с тех пор, как мы расстались,Лишь два часа — по солнцу.

Каин

Я вблизиСмотрел на это солнце, созерцалМиры, что озарялись им когда-то,Но никогда не озарятся больше,И те миры, что солнечного светаНе ведали от века: мне казалось,Что протекли года.

Ада

Едва часы.

Каин

Так, значит, дух наш время измеряетТем, что он видит: радость или скорбь,Величье иль ничтожество; я виделДеяния бессмертных, созерцалУгасшие светила и, взираяНа вечное, участвовал, казалось,И сам в его величии; теперьЯ снова — прах и снова понимаю,Что я — ничто: дух истину сказал мне.

Ада

Нет, дух сказал неправду. Сам ИегóваНе говорил нам этого.

Каин

Но создалНичтожеством; он поманил нас раем,Бессмертием, но сотворил из прахаИ в прах вернет — скажи, за что?

Ада

Ты знаешь,За грех отца.

Каин

А мы — в чем мы виновны?Он согрешил, пусть он и умирает.

Ада

Нехорошо сказал ты; это мыслиТого, кто был с тобой, а не твои.Я умереть готова — лишь бы жилиОтец и мать.

Каин

Да, — если б можно былоНасытить этой жертвой НенасытностьИ если б этот мирно спящий крошкаИ те, что от него произойдут,Не испытали смерти и страданий.

Ада

Как знать, не будет ли когда-нибудьТакою искупительною жертвойСпасен весь род Адама?

Каин

Перейти на страницу:

Похожие книги

Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука
Интервенция
Интервенция

Великая Смута, как мор, прокатилась по стране. Некогда великая империя развалилась на части. Города лежат в руинах. Люди в них не живут, люди в них выживают, все больше и больше напоминая первобытных дикарей. Основная валюта теперь не рубль, а гуманитарные подачки иностранных «благодетелей».Ненасытной саранчой растеклись орды интервентов по русским просторам. Сытые и надменные натовские солдаты ведут себя, как обыкновенные оккупанты: грабят, убивают, насилуют. Особенно достается от них Санкт-Петербургу.Кажется, народ уже полностью деморализован и не способен ни на какое сопротивление, а способен лишь по-крысиному приспосабливаться к новым порядкам. Кажется, уже никто не поднимет их, не поведет за собой… Никто? Так уж и никто? А может быть, все-таки найдутся люди, которые начнут партизанскую борьбу с интервентами? И может быть, не только люди…

Лев Исаевич Славин , Алексей Юрьевич Щербаков , Игорь Валериев

Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Попаданцы / Постапокалипсис