Читаем Каин полностью

Поэтому не можешь и судить,Чужда ли мне любовь иль нет. Есть нечтоВеликое и общее, в которомВсе частное, как снег пред солнцем, тает.

Каин

Как снег — что это значит?

Люцифер

Будь доволенНеведеньем того, что испытаютСыны сынов твоих, и наслаждайсяТеплом небес, не знающих зимы.

Каин

Но ты любил существ, тебе подобных?

Люцифер

А ты — ты любишь самого себя?

Каин

Да, но не так, как ту, что украшаетМне жизнь мою, что мне дороже жизни,Затем, что я люблю ее.

Люцифер

Ты любишь,Пленяясь красотой ее, как ЕваПленилась райским яблоком когда-то;Но красота поблекнет — и любовьУгаснет, как и всякое желанье.

Каин

Но отчего ж поблекнет красота?

Люцифер

От времени.

Каин

Но дни идут, проходят,А Ева и Адам еще прекрасны,Не так, как серафимы, как сестра,Но все ж прекрасны.

Люцифер

Время беспощадноИзменит их.

Каин

Мне это очень больно:Но все ж я не могу себе представить,Что разлюблю когда-нибудь сестру,И если красота ее поблекнет,То, думаю, создатель красоты,При гибели прекрасного созданья,Утратить должен более, чем я.

Люцифер

Мне жаль тебя: ты любишь то, что гибнет.

Каин

Как мне — тебя: ты ничего не любишь.

Люцифер

А брат — ты любишь брата?

Каин

Да, люблю.

Люцифер

Его твой бог и твой отец так любят!

Каин

И я люблю.

Люцифер

Похвально и смиренно!

Каин

Смиренно?

Люцифер

Да, ведь он не первородныйИ с детства был любимцем Евы.

Каин

Что ж,Змий первым был любимцем, он — вторым.

Люцифер

Он и отца любимец.

Каин

И об этомЯ не скорблю. Как будто я не долженЛюбить того, кого отец мой любит!

Люцифер

Но и Иегóва, кроткий ваш владыка,Всещедрый насадитель райских кущ,На Авеля с улыбкою взирает.

Каин

Я не видал Иегóвы и не знаю,Пристойно ли Иегóве улыбаться.

Люцифер

Так ангелов Иегóвы видишь.

Каин

Редко.

Люцифер

И все-таки ты должен был заметить,Что Авель им угоден: от негоВсе жертвы восприемлются.

Каин

И пусть!Зачем ты говоришь со мной об этом?

Люцифер

Затем, что ты об этом много думал.

Каин

А если бы и думал, — для чегоБудить во мне…

(В волнении останавливается.)

Дух! Мы с тобою в мире,Далеком от земли; не говори жеМне о земле. Ты показал мне многоЧудесного; ты показал мне мощныхПредшественников наших, попиравшихТу землю, от которой уцелелОдин обломок; ты мне показалТьмы тем миров, среди которых тусклоМерцает наш ничтожный мир, теряясьВ воздушной бесконечности; ты тениВ зловещем царстве смерти показал миг;Ты много показал мне — но не все:Дай мне узреть обители ИегóвыИли свою обитель: где они?

Люцифер

Здесь и везде — в пространстве бесконечном.

Каин

Перейти на страницу:

Похожие книги

Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука
Интервенция
Интервенция

Великая Смута, как мор, прокатилась по стране. Некогда великая империя развалилась на части. Города лежат в руинах. Люди в них не живут, люди в них выживают, все больше и больше напоминая первобытных дикарей. Основная валюта теперь не рубль, а гуманитарные подачки иностранных «благодетелей».Ненасытной саранчой растеклись орды интервентов по русским просторам. Сытые и надменные натовские солдаты ведут себя, как обыкновенные оккупанты: грабят, убивают, насилуют. Особенно достается от них Санкт-Петербургу.Кажется, народ уже полностью деморализован и не способен ни на какое сопротивление, а способен лишь по-крысиному приспосабливаться к новым порядкам. Кажется, уже никто не поднимет их, не поведет за собой… Никто? Так уж и никто? А может быть, все-таки найдутся люди, которые начнут партизанскую борьбу с интервентами? И может быть, не только люди…

Лев Исаевич Славин , Алексей Юрьевич Щербаков , Игорь Валериев

Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Попаданцы / Постапокалипсис