Читаем Излеченные души полностью

Я замер, все еще прижимая нож к его щеке, затем отшатнулся. Он больной ублюдок, которого не изменило время.

Я посмотрел вглубь комнаты. Указал на люк и приказал:

— Вик, притащи его туда.

Я мчусь вперед, но резко останавливаюсь перед гребаным люком. Я не могу сдвинуться с места. Дерево сильно поцарапано за годы использования. Замок ржавый, но все еще крепкий.

— Бл*дь, мужик, — сказал Викинг. — Какое дерьмо ты там пережил? Мне уже хочется свернуть шею этому херову педофилу. Этот подвал доведет меня до ручки.

Не отвечая, я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Наклонившись, заставил себя отпереть замок и дернул гребаную дверцу с рычанием. Ветхое старое дерьмо с легкостью слетело с петель.

Знакомая вонь с подвала немедленно ударила мне в нос. Я боролся с тошнотой. Как только я собрался приказать Викингу кинуть туда моего отца, мой взгляд уловил движение.

Сердце замерло в моей груди, когда в меня вперилась пара темных глаз. Я сморгнул, уверенный, что мне померещилось, но затем бледное лицо показалось на свету. Я попятился назад, к стене, грудь сдавило от шока.

АК бросился ко мне.

— Что, бл*дь. не так? — спросил он. Викинг бросил пьяное тело моего отца на пол и присоединился к нам.

Я покачал головой, затем сказал:

— Кто-то здесь… Кто-то, бл*дь, здесь...

Викинг и АК подбежали к люку и посмотрели вниз. Мой желудок ухнул вниз, когда Викинг закричал:

— Бл*дь! Бл*дь, мужик, там ребенок внизу!

Я замер на месте, прислонившись к стене, когда Викинг и АК присели на корточки. АК развернулся ко мне и закричал:

— Бл*дь, Флейм. Иди сюда.

Я передвигал ноги, борясь с воспоминаниями, когда находился в той дыры. Затем обернулся... и увидел, что отца нет на месте.

Я заорал:

— Куда он, бл*дь, ушел?

Затем снаружи раздался крик.

— Флейм!

Мэдди...

НЕТ!

— Бл*дь! — выплюнул Викинг. Но я уже помчался к двери, моя кровь была в огне. Я вылетел на улицу и увидел, что у моего отца в руке снова нож и он прижимает Мэдди к груди. А сраное лезвие упиралось ей в горло.

Гнев застилал мой взор, и я закричал во всю силу легких.

Зеленые глаза Мэдди были расширены и наполнены слезами. И она смотрела на меняя, умоляла взглядом помочь ей.

— Позволь мне уйти, или я перережу горло шлюхе, — предупредил отец. Моя кровь мгновенно превратилась в лед.

Я стоял неподвижно и спокойно сказал:

— Отпусти ее.

Викинг встал рядом со мной, и папа переводил взгляд с одного на другого.

— Позвольте мне уйти, и ты получишь свою шлюху назад.

— Флейм, — прошептала Мэдди, побледнев.

Я наблюдал, как лезвие касалось ее кожи и бросил свои ножи на землю.

— Отпусти ее, бл*дь, — приказал я. Мой голос разносился как гребаный гром.

Ублюдок начал уходить к подъездной дорожке, переместив Мэдди в сторону. Я как раз собирался бежать вперед на мудака, когда АК оказался рядом со мной, а его пистолет целился между глаз моему отцу.

— Готовься к тому, что пид***ла попытается действовать, — прошептал он.

Секунду спустя, АК пустил гребаную пуль прямо в ногу моего отца, и мой старик упал на землю, истекая кровью. Мэдди упала в другую сторону, но он все еще держал ее за шею. Но она смогла высвободиться.

И это был знак действовать.

Наклонившись, я поднял ножи и бросился вперед. Папа откатился, пытаясь подняться, как раз когда я оказался рядом. Пламя разгоралось с новой силой, когда я смотрел ему в глаза и сел на него, погружая ножи в его плоть и нанося удар за ударом. И я, бл*дь, наблюдал за ним. Как ястреб смотрел на то, как он пытался закричать. Я ударил острым лезвием ему в грудь, живот, поворачивая нож и распарывая плоть. Перед моими глазами было лицо мамы. Я видел то, как он бил ее, ее кожа была в крови и синяках. Я видел, как он кричал на Исаию. Как он положил его рядом со мной, в грязной дыре, и, бл*дь, оставил нас умирать.

Я наклонился ниже, в то время как кровь хлыстала потоком из тела моего отца. Но я, бл*дь, не мог остановиться. Не мог остановить гребаные крики из многих лет боли. Я потянулся к нижней части его тела и проткнул двумя ножами его член. Отец захлебывался в крови. Но я закрыл глаза, пытаясь избавиться от ощущения его дыхания на моей коже, когда я был ребенком, от ощущения его потной груди на моей спине, когда он трахал меня у стены.

И я все еще не мог остановиться. Я наносил удары ножом по его ногам, разрывая его мышцы. Затем перешел к животу и резал кожу, затем к лицу. Его темные глаза, что смотрели мне в душу, остекленели, и подняв руку, я ударил двумя острыми ножами в них. И я все равно не мог насытиться. Продолжал, колол его подбородок, щеки и чертов череп.

Я не думал, что смогу остановиться, пока...

— Флейм! Перестань… пожалуйста! — послышался плачущий голос.

Но я поднял ножи дрожащими руками, затем погрузил их в череп, чувствуя часть кости под своими руками.

— Флейм! Прекрати! Хватит!

Внезапно голос ворвался в мой разум, и я опустил ножи, рухнув вниз в изнеможении. Я тяжело дышал, пытаясь наконец сфокусироваться.