Читаем Изгнанник полностью

– Первостатейный подлец, но ни в какой ереси пока не замечен, – сказал Шани. – Наша задача сейчас – взбаламутить ближний круг принца и вызвать в нем сильную тревогу, не основанную ни на каких конкретных фактах, – он помолчал и решил говорить начистоту. – Во дворце зреет заговор. Государя Миклуша хотят лишить трона в пользу его сына.

Хельга вскрикнула и зажала себе рот ладонями. В зеленых глазах плескался неприкрытый ужас.

– Быть не может… Откуда вы знаете?

– Государь сказал мне об этом. Не далее как вчера. В последнее время он не раз становился жертвой довольно неприятных несчастных случаев, которые лишь по милости Заступника не закончились траурной каретой. Охрана переведена в усиленный режим несения службы, однако государь имеет все основания ей не доверять и попросил меня, как человека, который не принимал участия во дворцовых интригах, обеспечить его безопасность. Я уже отправил во дворец группу инквизиционного корпуса, но это внешние и очень малые меры.

– Что же нам делать? – прошептала Хельга, и Шани отметил для себя это «нам».

– Тебе – идти в магазинчик Младшего Гиршема. Вечером мы отправляемся во дворец.

Под вечер, когда над столицей уже сгустились влажные сумерки, пропитанные светом множества фонарей, в дверь Шани постучали снова, но уже спокойно и уверенно, без истерик. Шани поправил массивную брошь, что закрепляла на груди тяжелые складки парадного плаща и при необходимости могла бы послужить в качестве маленького боевого кинжала, и пошел открывать. На пороге стояла кудрявая блондинка в пышном бальном платье с таким глубоким декольте, что при желании можно было разглядеть родинку возле пупка. Белое точеное плечо украшала изящная татуировка – черная роза обвивалась вокруг запечатанного свитка. Шани хотел было сказать, что доступных женщин обычно вызывают не сюда, а на третий этаж, но узнал в красавице Хельгу и вовремя осекся.

– Не знал, что у тебя есть татуировка, – сказал Шани, впуская Хельгу в комнату. – Как все прошло?

Девушка смущенно опустила глаза и поправила парик.

– Он пытался подсматривать за мной в примерочной и получил по роже, – хмуро сказала Хельга. – Все было как раз так, как вы и говорили. И он сказал, что если проболтается, то век его душе блуждать без покаяния.

Шани подумал, что такие клятвы хитрый купчина Гиршем может изрыгать с пулеметной скоростью и не придавать им абсолютно никакого значения. А разговоры о том, что инквизиция пытается окопаться во дворце, наверняка уже пошли… Сейчас надо было вызвать огонь на себя – больше ничего Шани пока не придумал. Он не был силен в дворцовых интригах и, если честно, не хотел получать такой навык.

– Так ему и надо, – заметил Шани, закрепляя на боковой перевязи боевую саблю, положенную ему теперь по рангу как символ беспощадной борьбы с ересью и с колдовством. В свое время он научился довольно неплохо фехтовать и искренне надеялся, что ему все же не придется применять свои умения на практике ни сегодня, ни когда бы то ни было. – Наверняка уже пошел чесать языком по всему городу. Итак, Хельга, мы отправляемся во дворец. Государь устраивает бал Встречи зимы, и я полагаю, что сегодня на него совершат еще одно покушение, замаскированное под несчастный случай. Твоя задача – под любым предлогом подобраться к Симушу и завести с ним самую непринужденную беседу. Кокетничай с ним напропалую, чем больше людей увидят вас вместе, тем лучше. Кстати, – Шани сделал выразительную паузу и осведомился: – Ты невинна?

Разгневанные зеленые глаза метнули яростную молнию, и Шани получил вполне заслуженную пощечину. Девичья рука оказалась неожиданно крепкой.

– Тогда не продолжаю, – сказал Шани и отдал девушке поклон. – Если что-то пойдет неправильно или ты заметишь нечто подозрительное – бегом ко мне. Со всех ног.

Хельга мрачно кивнула. Видимо, Шани задел ее больнее, чем ожидал. Он взял Хельгу за руку и куртуазно поцеловал прохладные дрожащие пальцы.

– Хельга, я никоим образом не сомневался в твоей добродетели и искренне ценю тебя и уважаю. Идем, нас ждут.

– Кстати, – сказала Хельга сурово, не глядя в сторону Шани. – У Гиршема я видела две большие коробки с разрыв-камнем. Интересно, зачем они ему?

* * *