Читаем Из глубин полностью

Вообще-то делать подобные заявления со стороны безоружного человека, стоявшего перед титановой махиной с пулеметами, было верхом идиотизма. Однако что-то подсказывало Кате: идиотом парламентер не был.

— И ты всерьез рассчитываешь, что я соглашусь? — судя по голосу Гришко, он даже не злился. Он удивлялся.

— А чё? — пожал резиновыми плечами казанец. — Некоторые согласились бы.

— Я не некоторые, — отрезал полковник. — Хватит девчонку пугать. Она рацию отдала, пусть возвращается. А мы побазарим, если хочешь. Катя, уходи.

— Катя, останься!

Казанец держал ее все так же крепко, прикрываясь заложницей, как щитом.

— Хочешь умереть? — поинтересовалась рация.

— А ты? — хмыкнул под респиратором парламентер.

Он поднял руку. Откуда-то из нор-ходов послышался долгий заунывный звук. Труба, что ли? Наверное, это был сигнал: из пещер выскочило десятка полтора человек, вооруженных противотанковыми гранатометами и луками.

«Странное сочетание», — удивилась Катя.

Пулеметы «крота» снова поднялись к норам.

— Рискнешь проверить крепость своей брони? — спросил в рацию казанец. — Или все-таки просто отдашь машину?

Вот для чего затеяны все эти переговоры. Местным приглянулся «крот», и они намерены его отобрать. Или расстрелять. Всех вражеских гранатометчиков не сможет уложить сразу даже Киря. Кто-нибудь да успеет шарахнуть гранатой.

— А может, мне перепахать ваши норы? — спросила в ответ рация. — Если ты надеешься только на своих гранатометчиков…

— Не только, — перебил казанец.

Похоже, Гришко что-то отвлекло. Вернее, кто-то.

— Что, Стас? — едва разобрала Катя раздраженный голос полковника. Рация отключилась.

* * *

Казанец смотрел на Катю зеркальными очками.

— Кто такой Стас?

— Что-то вроде советника, — пробормотала она. — Псих, который видит немного больше, чем другие.

— Значит, он должен заметить и это, — казанец махнул рукой на разрушенный монастырь.

Катя глянула туда же. Обомлела. Монастырская колокольня — вот что привлекло ее внимание. Вернее, не сама колокольня, а то, что по ней поднималось.

— Что это? — прохрипела Катя.

Из земли словно вырастала новая звонница. Росла, обвивая старую. По островерхой башне ползла гибкая черная тварь, покрытая крупной чешуей и запеленутая в огромные перепончатые крылья. Уродливая змеиная башка, покрытая шипами, стреляла длиннющим языком, словно пробуя на вкус обшарпанные стены. Кате показалось, будто колокольня покачивалась под тяжестью массивного тела.

Пулеметы «крота» дернулись к мутанту, потом снова опустились к гранатометчикам. И опять нацелились на гору. Киря никак не мог выбрать приоритетную цель.

Змееподобная тварь тем временем обвила колокольню, как ветку дерева. Расправила одно крыло, второе: у звонницы словно выросли паруса. Потом опять сложила крылья. Но на этот раз они не обняли тело, как раньше, а обвисли до земли, готовые в любой момент раскинуться вновь. Монстр задел шипастой головой верхнюю площадку.

«Бум-м-м-м!» — ударил колокол. Да, там все еще висел колокол.

«Ум-м-м-м!» — разнесся по окрестностям протяжный звук — гулкий и вибрирующий. Башка твари покачивалась под колокольный звон над проломленной крышей. С такого наблюдательного насеста монстр мог видеть все вокруг. И мог атаковать в любой момент.

Рация в руке казанца снова ожила.

— Что за тварь? — Гришко старался говорить спокойно. Катя понимала: сам он видеть чудовище не может, но Стас, наверное, уже описал все в красках. Да и Киря, небось, доложился: из боевого отсека колокольню хорошо видно.

— Зилант-змей, — так же спокойно ответил парламентер. — Наш защитник. Это вообще-то его гора. И его город. Его даже не гербе Казани рисовали — знаешь? нет? Зилант жил здесь раньше. Еще до людей. А теперь вот вернулся. После людей. Так что вы, ребята, вторглись в его владения.

— А вы не вторглись?

— А мы с Зилантом хорошо уживаемся. Мы — змеиные люди. Ведем себя тихо, не отсвечиваем. Не шумим. Приносим Зиланту жертвы.

— Какие жертвы? — не удержалась Катя. Ей стало совсем нехорошо.

— Мутантов, в основном. Но Зилант не отказывается и от человечинки, — казанец смотрел на Катю темными зеркальными очками.

— Это вы его позвали? — спросил по рации Гришко.

— Да. Наш трубач трубил ему. Нас-то самих Зилант не трогает, если его не злить. Наоборот, оберегает наши подземелья.

«Приручили! — ужаснулась Катя. — Они смогли приручить мутанта. Или на самом деле это Зилант приручил своих змеиных людей?»

— Раньше в земляных норах прятались змеи, а не люди, — заметил Гришко.

— Теперь мы как змеи, — ответил казанец. — А змеи как люди. Все в этом мире пошло кувырком, да? — Он фыркнул в респиратор. Затем продолжил другим тоном — сухим и деловым: — Я, собственно, к чему. Шуметь вам не рекомендую. Зилант этого сильно не любит: нападает сразу.

«Как камнегрызы, — подумала Катя. — Они ведь тоже реагируют на звук». И еще стало понятно, зачем казанские змеиные люди носят луки. Бесшумное оружие. Чтобы лишний раз не нервировать змеюку.