Читаем Из глубин полностью

«Боевой крот» взревел двигателями. Взвыли раскрученные бур и шнек, лязгнули кормовые домкратные толкачи. Субтеррина рванулась вперед, сметя с дороги Колдуна, намотав его на шнек, смяв бесплотную фигуру в шаманской накидке и впечатав ее в грунт.

А потом…

«Крота» перехватили на разгоне.

Мощный удар из ниоткуда и отовсюду сразу потряс субтеррину.

Казалось, со всех сторон ударила земля. «Плохая земля».

Стас успел заметить разветвленные струи концентрированной тьмы, пронзившие подземлодку сразу в нескольких местах. Похоже на электрический разряд, только какого-то неестественного цвета. Словно кто-то разлил чернила. Или нет, тут больше подойдет другая аналогия. Словно черные корни нового, юного еще мирового древа-побега мгновенно проросли сквозь «крота». Проросли и исчезли, не оставив ни следа, ни пробоин в обшивке. Только треск аппаратуры, россыпи искр, запах озона, вонь сгоревшей проводки и невесть откуда взявшийся могильный смрад.

Свет погас. Замигала аварийка. Все как тогда, в «Аиде». Судя по звуку, начали глохнуть двигатели и бур.

— Твою ж мать! — послышался в динамике голос Михеича. — Питание сдохло!

И…

— Резервный контур! — крик Гришко в микрофон.

— Есть резервный контур!

Освещение заработало снова, правда, не такое яркое, как прежде. Половина огней на пульте управления не горели, но буровые фрезы и движок, вроде, снова заработали.

Полковник повернулся к Стасу:

— Какого чёр… — договорить Гришко не успел. Многотонную машину тряхнуло так, что Стас на миг очутился в воздухе. Упал. Больно ушибся.

— Стас?! — заорал Гришко, которого в кресле удержали страховочные ремни. — Что видишь?!

Да ничего он не видел! Вообще ничего. Стоя на четвереньках, Стас потерянно тряс головой, стараясь разобраться с расплывающимися перед глазами радужными кругами и разлетающимися искрами. Он сейчас находился в таком состоянии, в котором трудно видеть не то что особым — даже обычным зрением.

Еще одна встряска. Стаса снова бросило в сторону. Опять приложило об пол.

— Катя, ультразвуковой и акустический анализ! — не дождавшись от него ответа или уже не надеясь на ответ, воззвал Гришко по внутренней связи.

— Аппаратура полетела! — раздался в ответ испуганный крик акустика. — Вся накрылась! И сонар, и остальное!

— Стас! — снова позвал Гришко.

А Стаса швыряло по отсеку управления так, что он не мог ответить. Неведомая сила трепала многотонную махину «Боевого крота», как щепку в бурном потоке.

— Киря?! — крикнул полковник в микрофон. — Что у тебя в боевом?

— Не вижу! — хрип начохра из динамика. — Ни хрена не вижу! Кругом порода! Прицелы и амбразуры не открываются. Стрельбу вести невозможно.

Новый рывок.

— Додик, следи за реактором! — крик-приказ Гришко. — Не дай бог рванет!

Атомщик не ответил. Наверное, следил.

— Ста-а-ас! — пристегнутый к креслу полковник опять развернулся в его сторону и, дико вращая глазами, потянулся к пистолету. — Пристрелю, сука!

Стасу удалось, наконец, подняться, вцепиться в спинку полковничьего кресла и немного прийти в себя.

Машину трясло немилосердно. Слышались отчетливый скрежет титановых боков и захлебывающийся рев двигателя. И движок, и бур, судя по всему, работали на полную мощность, но на движение подземлодки это влияло мало. Ею сейчас двигало что-то другое.

Что?

Что вообще происходит?

Землетрясение? Ох, хотелось бы верить, что они всего лишь вошли в зону сейсмической активности. Но почему-то не верилось.

Сосредоточиться в такой болтанке, удалось не сразу, и все же Стас заставил себя сконцентрироваться.

Всмотрелся. Увидел.

* * *

Снаружи «крота» опутывало толстое кольчатое тело — огромное, длиннющее, склизкое, похожее на кишки, вывалившиеся из брюха самой земли… Хотя нет, это было не тело даже, всего лишь часть тела. Хвост гигантской змеи? Червя?

Червь, червь, червь…

Хвост, растущий из земли и сливающийся с ней.

На субтеррину словно набросили многопетлевый аркан, пульсирующая веревка от которого тянулась далеко в сторону. Очень далеко. Стасу пришлось здорово напрячься, чтобы разглядеть в изрытом грунте — «Вот почему он такой рыхлый и мягкий — потому что кто-то его рыхлит и измельчает. Вот почему земля плохая!» — подземную тварь, свившуюся во множество толстых колец. Живой клубок двигался, словно перетекал из себя в себя. Было понятно: из такого лабиринта им точно не выбраться.

Тварь извивалась и, судорожно сокращаясь, подтягивала захваченную добычу.

«Это ж какой силищей нужно обладать, чтобы справиться с „кротом“?» — ужаснулся Стас.

Тряска почти прекратилась: монстр полностью подчинил себе «крота» и приноровился к работе его двигателей. Он просто плавно тащил субтеррину на себя, как рыбак подтаскивает к берегу крупную рыбу, севшую на крючок.

— Что там?! — снова проорал Гришко.

— Червь, — коротко ответил Стас.

Огромный, невообразимо огромный кольчатый червяк, по толщине не уступающий крупным корневым отросткам мирового древа. Да и по крепости, пожалуй, тоже. Даже «колбаса» из пермских «опарышей» не шла с этим монстром ни в какое сравнение.