Самым древним полным рукописным текстом масоретского Танаха является написанный на веллуме (телячьей коже) кодекс, датируемый 1008-1009 гг., который хранится в Российской на­циональной библиотеке в Санкт-Петербурге. Его официальное название Codex Leningradensis — Ленинградский кодекс. Эта ру­копись является основой для научных критических изданий Биб­лии. Установлено, что эта рукопись была скопирована с кодекса масорета Аарона бен-Ашера, написанного в первой половине X в. В следующем веке кодекс бен-Ашера попал в Египет, где его из­учал крупнейший иудейский философ и знаток Закона Маймонид, признавший его текст образцовым. Затем кодекс стал собственно­стью еврейской общины сирийского города Алеппо. В 1947 г. во время антиеврейского погрома синагога г. Алеппо была сожжена, и полагали, что кодекс погиб. Однако в 1958 г. выяснилось, что большая часть кодекса сохранилась и сейчас находится в изра­ильском музее — Храме Книги. Что касается масоретских руко­писей Пятикнижия, то самыми заметными сохранившимися ко­дексами являются манускрипт Британского музея, датируемый 895 г., и кодекс, хранящийся в Тбилиси, датируемый X-XI вв. К сожалению, домасоретских текстов Танаха до нас практически не дошло.

Закат центра иудаизма в Вавилонии

Окончание работы масоретов практически совпало с угасанием вавилонского центра иудаизма, что было связано с общим упадком Багдадского халифата. Саадия был последним выдающимся гаоном и законоучителем Вавилонского центра. В X в. прекраща­ет свою работу Сурская академия, а затем упраздняется сама должность эксиларха. Некоторое время, до XI в., центром вави­лонского иудаизма оставалась академия в Пумбедите. Последни­ми пумбедитскими гаонами были выдающиеся ученые Шерира (967-997) и его сын Гай. Шерира в письме на запрос главы иу­дейской общины в Кейруана (в Северной Африке) описал исто­рию создания Мишны и Талмуда. В этом документе, сохранив­шемся до наших дней, приведен хронологический перечень всех таннаев, амораев, сабораев и гаонов, что делает его ценнейшим историческим источником. Еще большими дарованиями обладал его сын Гай, бывший гаоном после смерти отца до 1038 г. Он был автором талмудического гражданского права и решительно вы­ступал против всякого рода мистиков. Он, как и Саадия, верил в разум и решительно отвергал веру во всякого рода заклинания и чудеса. Гаю приписывается авторство книги притч «Разумная мо­раль», а также некоторых трудов по исследованию Танаха и грам­матике.

Постепенно центр иудаизма перемещается на запад, в мусуль­манские государства, образовавшиеся на территории распавшего­ся единого халифата, — Египет, Северную Африку и, что особен­но важно, в Испанию. Сохранилось предание о том, что в конце существования академии в Суре четыре законоучителя были по­сланы на запад собирать пожертвования академии. Корабль, на котором плыли послы, был захвачен флотоводцем мусульманской Испании, а ученые впоследствии оказались в разных странах. Один, Шемария, попал в Египет, другой был выкуплен общиной Кайруана, третий, Моисей, с сыном Ханохом был доставлен ад­миралом в Кордову, столицу Испанского халифата, четвертый ока­зался в христианской Франции. Эти вавилонские ученые стали основателями новых талмудических школ там, куда их забросила судьба. Таким красивым сказанием заканчивается история цен­тра иудейской учености в Вавилонии, и он перемещается из Азии в Европу.

ГЛАВА 6

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ИУДЕЙСКАЯ (ЕВРЕЙСКАЯ) ФИЛОСОФИЯ (Х-ХV вв.)

Сущность еврейской философии. Расцвет иудейской учености в Багдадском халифате и мусульманской Испании. Творчество Ибн Габироля, Иегуды Галеви, Авраама ибн Эзры. Моисей Маймонид и его труды. Иудейско-христианские диспуты. Изгнание иудеев из Испании. Сефарды и Марраны. Конец средневековой еврейской философии.

Сущность еврейской философии

Строго говоря, средневековая иудейская (по принятой термино­логии — еврейская) философия является системой идей, взгля­дов и методов, отраженных в сочинениях и трудах приверженцев иудаизма и направленных на доказательство того, что доводы ра­зума и опыта не противоречат иудейскому Закону. При этом ев­рейские философы в своем стремлении объяснить мир, как и все средневековые философы, понимали философию как систему объ­яснения окружающего мира и места человека в этом мире.