Читаем Итоги № 13 (2013) полностью

Учитывая большие проблемы с легитимностью, царствование Тишайшего было схоже с жизнью на вулкане. Да и вообще Романовым в этом плане не везло: примерно каждый пятый из этой династии погибал в результате дворцовых переворотов или от рук террористов. По оценке Василия Ключевского, «из бурь Смутного времени народ вышел гораздо впечатлительнее и раздражительнее, чем был прежде, утратил ту политическую выносливость, какой удивлялись в нем иноземные наблюдатели XVI века». Следующий, XVII век вошел в историю как «бунташный». Причем на этот раз Смута достигла апогея как раз во время царствования тишайшего Алексея Михайловича, а вовсе не завершилась 4 ноября 1612 года, отмечаемого сегодня как День народного единства.

Какое там единство?! Уже через три года после венчания на царство Алексея Михайловича в Москве случился жуткий Соляной бунт. Поводом послужила неудачная попытка передать царю челобитную, в которой москвичи жаловались на высокие цены на соль. Позднее нечто подобное случится в Кровавое воскресенье при Николае II. Только в начале XX века жалобщиков расстреляли, а в XVII веке по приказу боярина Морозова чернь стрельцы только разогнали древками бердышей. Но не тут-то было. На следующий день «оппозиция» устроила боярам кровавую баню непосредственно в Кремле. На сторону восставших тут же перешли стрельцы и принялись жечь Белый город и Китай-город, громя дома «олигархов». На третий день бунта Алексей вынужден был выдать на растерзание толпе боярина Плещеева — «главу охранного отделения»», о котором говорили, что «сей Плещеев без меры драл и скоблил кожу с простого народа». Жизнь самого Тишайшего висела на волоске. По свидетельству современников, когда народ ринулся к царскому дворцу, на его защиту встали лишь иностранные наемники. Через неделю люди успокоились. Царь сменил судей и пообещал снизить цену на соль. Стрельцов напоили-накормили от пуза и с лихвой вернули им долги по зарплате. Однако, когда вояки разошлись по слободам, на плаху отправили нескольких вожаков бунта. Всего же за период с 1648 по 1650 год аналогичные восстания охватывали десятки городов страны .

Через 14 лет история повторилась. На сей раз «избиратели» возмутились тем, что налоги правительство собирало серебром, а в оборот пускало медную монету. Несколько тысяч человек отправились бить челом царю в Коломенское насчет инфляции. Потом к ним присоединилась агрессивно настроенная толпа. На сей раз стрельцам зарплату выплатили исправно и они быстро справились с безоружными манифестантами. До тысячи человек было порублено, повешено и потоплено в Москве-реке. Несколько тысяч арестовано.

Власть, понятно, отвечала озверевшему народу взаимностью. В знаменитом Соборном уложении Алексея Михайловича от 1649 года смертной казнью каралось до 60 видов преступлений. Ну и, конечно, уложение окончательно решило крестьянский вопрос. Если при Михаиле Романове в 1642 году был введен десятилетний срок поиска беглых крестьян, то при его сыне гайки закрутили и сыск стал бессрочным, что, по словам Николая Костомарова, «подавало повод к крайним насилиям над народом». Историк Сергей Соловьев писал, что крепостное право возникло для удовлетворения возрастающих потребностей элиты и военной машины. Власть, по его словам, вынуждена была заниматься «гоньбой за горожанами, которые бегут от тягла всюду, куда только можно... за крестьянами, которые от тяжких податей... толпами идут за Камень (Уральские горы), помещики гоняются за своими крестьянами, которые бегут… в Малороссию, бегут к козакам».

Очередная Смута не заставила себя ждать. В учебниках этот этап нашей бесконечной гражданской войны получил название «Крестьянско-казацкое восстание под предводительством Степана Разина». Некоторые историки полагают, что взрыв недовольства был связан исключительно с притоком в казачьи области беглых крестьян, рассчитывающих заниматься вольным землепашеством. Однако исследователь Александр Станиславский был убежден, что все дело в традиционной русской мечте вместо привычного ада построить на земле рай. «Крестьяне, — писал Станиславский, — уходили к казакам вовсе не для того, чтобы, избавившись от помещиков, свободно возделывать землю, а для того, чтобы больше ее никогда не возделывать и подобно дворянам получать жалованье за службу или жить за счет других крестьян».