Читаем Итоги № 12 (2013) полностью

У вас уже разбегаются глаза от обилия новых предложений? Новички выглядят как на подбор потрясающе. Кого выберет рынок в качестве фаворита? «Все дело в количестве приложений, — говорит директор федеральной розничной сети «МегаФон Ритейл» Михаил Золотовицкий. — Если производители игр, виджетов и других программ обеспечат рынок совместимыми продуктами, то новые операционные системы могут рассчитывать на какую-то его долю. В противном случае они останутся исключительно нишевыми продуктами». С этой точки зрения положение бывалых ОС не выглядит столь плачевным: на отладку нового софта понадобится еще года два и неизвестно сколько — на «постройку» магазина, сравнимого по объему хранимых приложений с Google Play. Так что ценовая смартфонная революция нас уже почти накрыла, но в части мобильных операционных систем борьба пока идет за четвертое место. У нынешней тройки лидеров время есть до тех пор, пока не появится новый любимец публики.

Бренд-менеджер / Искусство и культура / Искусство


Бренд-менеджер

Искусство и культураИскусство

Дмитрий Бак: «Не тревожьтесь, выставлять трехмерные движущиеся модели русских классиков никто не собирается»

 

Известие о том, что харизматичный проректор РГГУ по науке, критик и литературовед Дмитрий Бак покинул родной вуз и занял место директора Государственного литературного музея, всколыхнуло культурную общественность. Интеллектуал и либерал стал членом команды Владимира Мединского? Профессор и светский персонаж вступил в неравную борьбу с пылью и протечками в одном из самых непопулярных музеев столицы? Мы решили расспросить самого Дмитрия Бака, каким ветром его занесло в это неудобное кресло.

— Дмитрий Петрович, скажите, зачем вы это сделали? Зачем из комфортного кресла проректора РГГУ перебрались в столь неочевидное место?

— Затем, что я верю: это перемещение может принести не только радость мне, но и пользу самому музею. Я вижу драматическую разницу между тем культурным потенциалом, которым обладает это, как вы говорите, «неочевидное место», и той позицией, которую оно занимает в культурном, и в первую очередь медийном пространстве. Мне бы хотелось устранить этот зазор... Русская литература — самый конвертируемый продукт нашей культуры, она принадлежит всему миру, поэтому, я думаю, это вполне возможно.

— А вообще зачем нужен литературный музей?

— Как зачем?! Чтобы в него ходили люди! Жители Москвы, российские и иностранные туристы — любители и знатоки Лермонтова, Достоевского, Чехова, студенты, профессионалы, просто читатели... А кроме того, музей может стать коммуникативной и дискуссионной площадкой, местом встречи и общения для самых разных людей, так или иначе причастных к культуре текста. В гигантоманские 1930-е годы основатель Литературного музея Владимир Бонч-Бруевич мечтал преобразовать его в огромный комплекс общей площадью 28 гектаров — аналог Дворца советов, только на литературную тему. В одном из писем он пишет, что это здание должно быть «защищено от атак с воздуха», а внутри предполагалось хранить все, что связано с русской литературой: коллекции из-за рубежа, из Пушкинского Дома и Румянцевского музея... Сейчас, конечно, цифровые технологии делают такие площади избыточными, но сама идея очень показательная.

— И вы верите, что люди в самом деле туда потянутся?

— Без малейших сомнений! И меня в этой вере укрепляет то обстоятельство, что в мире существуют литературные музеи, которые вполне успешны и современны. Конечно, иной раз бывает так, что сравнительно небольшому, компактному музею легче живется, у него очевидная культурная доминанта, отработанные бренды... Помните пародийный рекламный лозунг «Покупайте советские микрокалькуляторы — самые большие в мире»? Очень важно не впасть в пустословие о том, что, мол, перед нами самый большой литмузей в стране и уже поэтому вам, знаете ли, в него нельзя не прийти... Нам только еще предстоит продумывать новые концептуальные контуры музея — это невозможно сделать без консультаций с музейным и научным сообществами, а также, конечно, без содействия органов власти.

— В своем нынешнем виде музей, признаться, выглядит несколько уныло...

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал «Итоги»

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Продать и предать
Продать и предать

Автор этой книги Владимир Воронов — российский журналист, специализирующийся на расследовании самых громких политических и коррупционных дел в стране. Читателям известны его острые публикации в газете «Совершенно секретно», содержавшие такие подробности из жизни высших лиц России, которые не могли или не хотели привести другие журналисты.В своей книге Владимир Воронов разбирает наиболее скандальное коррупционное дело последнего времени — миллиардные хищения в Министерстве обороны, которые совершались при Анатолии Сердюкове и в которых участвовал так называемый «женский батальон» — группа высокопоставленных сотрудниц министерства.Коррупционный скандал широко освещается в СМИ, но многие шокирующие факты остаются за кадром. Почему так происходит, чьи интересы задевает «дело Сердюкова», кто был его инициатором, а кто, напротив, пытается замять скандал, — автор отвечает на эти вопросы в своей книге.

Владимир Воронов , Владимир Владимирович Воронов

Публицистика / Документальное