Читаем Исцеление полностью

— Потому что это место, куда приходят раненые Бесплотные, — произнес Сидней, прежде чем она успела мысленно сформулировать вопрос. Он взглянул ей прямо в глаза, и Бекки заметила, что они светятся, как иногда у Мишки. Странно — в прихожей ей показалось, что они у него темно-синие. — Это нейтральная территория, безопасная гавань, где раненые могут залечить свои раны.

— Сидней, замолчи, — тихо перебила его Нана. — Она ничего не знает об этом. Я… я не обучала ее. Я не хотела вовлекать ее во все это.

Сидней недоверчиво посмотрел на Марту.

— Хочешь сказать, она не знает, что ты — Целительница? — удивленно и немного сердито произнес он. — Великая Целительница, если говорить правильно. Госпожа Целительница. И не знает, что она унаследовала твой дар?

— Я потеряла дочь. Неужели ты думаешь, что я захочу подвергать Ребекку такой же опасности?! — в гневе воскликнула Нана, указывая на безжизненное тело Райана. — Мы — смертные. Возможно, ты не знаешь, как коротка наша жизнь, но нам, людям, она кажется слишком короткой! Я не хочу лишиться внучки, как лишилась дочери!

— Но мама погибла в автокатастрофе, — пробормотала Бекки. — Ты же сказала… они с папой… в них врезался пьяный водитель…

У Наны был несчастный, виноватый вид. Она не сводила взгляда с глубокой раны на ноге Райана, которую промывала микстурой, приготовленной из содержимого одного из кувшинчиков, хранившихся в чемодане.

Сидней поднялся и взял Бекки за плечи. Она слабо попыталась отстраниться, но он, крепко держа Бекки, повел ее к высокому зеркалу, висевшему на стене. Один жест рукой, и свечи в канделябрах, висевших рядом, немедленно загорелись; в комнате стало светло.

— Спасибо, — рассеянно сказала Нана.

Бекки посмотрела в зеркало, и у нее перехватило дыхание — там было только ее отражение. Сид стоял рядом, у нее за спиной. Она чувствовала прикосновение его руки. Она обернулась и увидела пряди его длинных светлых волос рядом со своими волосами, но в зеркале ничего не было. Он слегка улыбнулся, глядя на нее сверху вниз, и снова кивнул на зеркало. Бекки посмотрела на свое отражение: кто-то невидимый убрал волосы с шеи и слегка наклонил ее голову, чтобы она увидела небольшую рединку, которую терпеть не могла. Родинка была темно-коричневая, похожая на веснушку, но гораздо больше, и имела форму забавной звездочки. Робин всегда смеялась над Бекки из-за того, что та прикрывала ее волосами. Подруга считала родинку клевой — вроде татуировки в виде восьмиконечной звезды. Теперь, когда Сид обратил ее внимание на звездочку, Бекки заметила, как под кожей в этом месте бьется жилка.

— Видишь? — прошептал ей на ухо Сид. Ты — Целительница…

— Если ты вампир, может, надо воткнуть кол тебе в сердце или еще что-нибудь? — сказала она с напускной храбростью, которой вовсе не чувствовала. — Как в «Баффи», понимаешь?

Сид негромко рассмеялся и отпустил ее. Она хмуро посмотрела на парня.

— Думаешь, тебе это удастся? — Он ухмыльнулся, обнажив клыки. Бекки задохнулась от ужаса и отступила на шаг. — Скажи мне, маленькая Целительница, ты когда-нибудь убивала паука?

Бекки кивнула, в страхе глядя на него. Откуда он знает…

— Неприятное чувство испытываешь, правда? — продолжал Сид.

Бекки снова кивнула, прикусив губу. Она всегда старалась ловить пауков и выпускать их на улице. Потому что ей и вправду было больно. Физически больно. Хотя и жалко тоже.

— Когда ты хочешь причинить кому-нибудь боль, например сегодня после уроков, когда тебе хотелось стукнуть…

— Это Райан рассказал тебе, что меня оставили после уроков? — Бекки покосилась в сторону Наны, надеясь, что та не слышала. К счастью, Нана была поглощена Райаном и не обращала на них внимания; Бекки почувствовала облегчение. — Заткнись, дурак! — зашипела она на парня.

На самом деле это был не парень, если он… Сид снова улыбнулся и беззвучно рассмеялся.

— Вампир, — сухо произнес он. — Можешь произнести это вслух. Я не так чувствителен к словам, как некоторые.

— Сидней, — внезапно окликнула его Нана, — я не могу остановить это. Слишком поздно. Он превращается.

Сид мгновенно оказался у кровати, на которой лежал Райан, и опустился на колени. Он взял руку раненого; кровать задрожала. У Райана начался какой-то припадок, и Бекки показалось, что он умирает.

— Все в порядке, приятель, — тихо обратился к нему Сидней. — Я принес тебя к лучшей местной Целительнице, мы о тебе позаботимся. Не пытайся бороться. Я знаю, что это произошло раньше, чем мы планировали, но отнесись к этому спокойно. Держись…

Бекки подошла, глядя, как Сидней проводит влажной тканью по лицу Райана, — ткань стала красной. Бекки поняла, что на лбу больного выступил кровавый пот.

Нана поднялась, вздохнула и покачала головой. Заметила Бекки и протянула ей руку. Бекки подошла ближе и, словно ей было пять лет, а не пятнадцать, взяла бабушку за руку и прижалась к ней, не сводя взгляда с мальчика, метавшегося на постели.

— Пойдем выпьем чаю, — тихо произнесла Нана. — Сид побудет с ним. Сейчас больше нечего делать; остается ждать, когда все закончится.