Читаем Истребитель ведьм полностью

Барбар почувствовал, что Мартим начинает злиться, и поспешно сменил тему, полагая, что нервное напряжение перед самой сменой цикла и овуляцией может повредить зачатию.

— Итак, до встречи в Академии?

— Да, и передай жене, чтобы лучше заботилась о тебе, — передал Мартим и отключил связь.

— Слышала? — обратился Барбар к Рами.

— Барбар! Даже не представляешь, как я рада! У тебя будет, конечно, чудесный ребенок. Ты в идеальной форме, не могу просто дождаться момента, когда надо будет взять семя! — Рами сияла от счастья.

— И не думай, что это ты будешь делать! Там есть более совершенные приборы, — фыркнул Барбар, но злости к Рами в этом не было.

— Соедини меня с женой Мартима… Собственно, как ее зовут?

— Рикарда.

— Ну и скажи этой Рикарде, что надеваю брачную одежду. Может, и Мартим облачится в такую же? Быстро, одеваемся.

Он нетерпеливо ждал, когда Рами закончит снимать недавно надетое платье и заменит его на другое — бело-золотистое.

— Зеркало! — потребовал он, когда Рами доложила об окончании работы.

Он смотрел на свое отражение с огромным удовлетворением.

“Да! Прекрасный день”, — подумал он, на этот раз про себя. Рами послушно не прореагировала. — Все, выходим Можешь не спешить, совершим маленькую прогулку. Держи курс на Академию, у нас есть еще полчаса. Летим под углом тридцать градусов, — дерзко закончил он.

— Барбар, ты с ума сошел! Всегда придерживался угла пятнадцати градусов, и так все будет чудесно видно…

— Ну, не-е-т… Это уже чересчур! Еще раз такое услышу — и меняю жену, а тебя велю переделать на водорослемолку! Доиграешься ты у меня!

Рами молчала, послушно наклонилась так, чтобы Барбар лежал точно под углом тридцать градусов и имел хороший обзор впереди себя.

Квартиру покинули через окно и оказались примерно на высоте двухсот метров над уровнем улицы. Рами быстро просчитала ситуацию и, убедившись, что все в порядке, спустилась на нулевой уровень. Она ловко вписалась в густую толпу движущихся жен, переливающихся всеми цветами радуги. Все они летели с разными скоростями, одни ускоряли движение, другие его замедляли, кто-то уходил в сторону, временами создавалась яркая толчея. Барбар неожиданно для себя отметил, что ему доставляет удовольствие созерцать этот полный грации танец, даже дал Рами команду слегка склоняться то в одну, то в другую сторону, чтобы не упустить из виду какую-нибудь особо интересную сценку.

— Через три минуты начнется дождь, — доложила Рами.

— Остаемся на улице. Ничего мне не будет, только следи за температурой, чтобы я не простудился.

Вскоре первые капли дождя упали на прозрачный колпак над телом Барбара. Он ощутил легкое раздражение, да и улица заметно опустела.

— Барбар, — до него дошло сообщение Рами, — пятьсот семьдесят восемь встречных передавали тебе приветы, я всех их сама поблагодарила. Ты не обижаешься?

— Чему обижаться! Успеем добраться до Академии?

— Конечно, уже прибываем, — Рами взлетела немного выше на уровень жилых помещений, затем поднялась еще выше и наконец спокойно влетела в здание Академии. Она не обнаружила в густой толпе Мартима, но в зале оказались другие знакомые Барбара, и несколько оставшихся до начала минут пролетели для него быстро и приятно. Мартим явился в зал перед самым появлением Самуила, председательствующего на этом заседании, ловко протиснулся в толпе и завис рядом с Барбаром. На нем была такого же цвета одежда. Барбар приказал на полградуса снизить температуру и затем включить волну общего слухового уровня.

— Уважаемые коллеги! — донеслась мысль председательствующего. — Сердечно приветствую вас на сегодняшнем показе. По установившейся традиции хотел бы припомнить, хотя сам и считаю это излишним, что ежедневно лучшие умы нашей эпохи представляют здесь свои открытия и достижения. Сегодняшний показ будет не только интересным, но и противоречивым. Проведет его Кармен, хорошо известный присутствующим по многим своим открытиям, временами шокирующим. Его отличает независимое, смелое, нестандартное мышление. Не всем нравятся его помыслы, хотя бесспорно, что они побуждают дискуссии и новые идеи. Вот и сегодня Кармен надеется опровергнуть некоторые бытующие среди нас понятия, явления, порядки. В мою задачу не входит оценка показа, поэтому не буду забирать у вас драгоценное время и закончить хочу также традиционной просьбой не мешать эмиссии выступающего. Желаю вам приятно провести время, здоровья всем, также и вашим женам, ибо, как гласит древняя мысль, если жены будут здоровы, то и мы будем здоровы. Кармен, прошу!

— Дорогие коллеги! — начал Кармен, и до собравшихся в зале при посредничестве их жен стал докатываться поток его мыслей. Жена Кармена заняла почти вертикальное положение. Такой номер был не новый, многие циркачи уже научились так окружать себя силополями, что могли по Часу пребывать в этом положении.