Читаем Источник полностью

Грузовик нашли недалеко от Сантьяго на придорожной остановке. Парочка бросила первый украденный автомобиль, Адамс угнал второй с парковки в двух кварталах от Мерседариос. Ключей не было, пришлось воспользоваться проводами к замку зажигания. На этой машине и покинули город, пряча лица от камер, наблюдающих за дорожным движением. Понимали, что записи и с них наверняка попадают в руки преследователей и анализируются. Враг располагал воистину огромными ресурсами.

Доехали до Колины, довольно крупного города в пятнадцати милях от Сантьяго. Там оставили машину на охраняемой подземной стоянке, заплатив за неделю. Так ее не обнаружат еще долго, а когда найдут, Мэтт и Линн уже будут очень далеко.

Потом купили еды, поймали попутный грузовик и мило поболтали с дружелюбным водителем. Он вез компьютерные запчасти на фабрику в Копиапо, в четырехстах милях к северу от Сантьяго. За «мордида», что буквально значит «откушенный кусок», а в переносном смысле – небольшое денежное подношение, водитель согласился подвезти куда сможет. Сказал, для него это вовсе не проблема, а лишний песо в кармане не помешает.

– И куда мы направляемся? – спросил наконец Мэтт.

Пока он уяснил только одно: Линн желает двигаться на север.

– В Перу, – ответила она. – Место, называемое Наска.

– Наска? Это где знаменитые огромные рисунки? И почему туда?

Рисунки в Наске – исполинские контуры, выкопанные среди ровной пустыни неглубокие канавки. Они складываются в цельные изображения, если смотреть на них с высоты птичьего полета, и порой достигают трехсот метров в длину. Их много: просто линии, геометрические фигуры, контуры птиц, животных. Полагают, что их сделали две тысячи лет назад. Теорий, объясняющих назначение рисунков, много: и астрономический календарь, и дорожки для совершения ритуальных молений о плодородии либо ниспослании воды, и образы галлюцинаций принявшего наркотик шамана, и даже посадочные площадки для космических кораблей.

Адамс слышал про фигуры Наски, но не понимал, зачем туда ехать. Был не против Перу – возвращаться в США можно и через эту страну, никаких проблем. Но ведь наверняка у Линн есть свои причины попасть в пустыню Наска, и притом веские.

– Фабрицио Баранелли, – ответила Линн загадочно.

– Кто?!

– Мне следовало сказать: профессор Фабрицио Баранелли. Он ведущий специалист в своей области.

– И что это за область?

– Археология. Сейчас он в экспедиции, картографирует местность с геоглифами. Думаю, разрабатывает новую теорию их происхождения.

– Геоглифы?

– Так называются эти рисунки, борозды в земле. Не знаю точно, над чем именно работает профессор, но это важно.

– И зачем нам встречаться с ним? – спросил Мэтт, все еще недоумевая.

– Мы знакомы еще с Гарварда. Он мой хороший друг и, наверное, единственный в Южной Америке человек, способный нам помочь. Плато Наска – строго охраняемое место, и если он получил разрешение на раскопки там, значит тесно связан с правительством, имеет сильных друзей в нужных ведомствах. Надеюсь, используя эти каналы, он организует нашу доставку в США.

Адамс задумался. Конечно, он и раньше размышлял, как же вернуться в Штаты. Есть много способов, но главная проблема в том, как провезти Линн. Ее данные наверняка разосланы по инстанциям, и при первой же проверке документов ее задержат. Да и непонятно, можно ли доверять собственному паспорту. Вероятно, противник уже проследил путь Мэтта из Пайн-Риджа к мексиканской границе и обнаружил, каким паспортом беглец пользуется. Значит, нужно пересекать границу либо пешком – а Линн может не справиться, расстояния огромные, – либо продумывать иные варианты, каждый из которых имеет свои минусы. Самое же главное – все это займет слишком много времени, а значит, возрастает опасность, что их выследят.

Придется довериться Баранелли, если он действительно способен помочь. Связи в правительстве – дело немалое. Возможно, он имеет выход и на масс-медиа, а это шанс обнародовать результаты анализов того, что Линн несет в рюкзаке.

– Ну хорошо, грузовик доставит нас в Копиапо, но это шестьсот миль от Наски. Плюс граница с Перу на полпути. И как же мы это сделаем?

Мэтт мысленно обругал себя. Кажется, немного передозировал сарказм. Не хотел, случайно вышло.

Но Линн не обратила внимания. Понимала, что разрушила его жизнь и подвергает смертельной опасности. Что такое сарказм по сравнению с этим? Потому улыбнулась тепло, обняла его ладони своими.

– Мэтт… – начала она, но посмотрела в его темные карие глаза, на мгновение не то будто утонула в них, не то попала под гипноз.

Заморгала, опомнилась:

– Прости, я тебя втянула в этот ужас. Мне очень жаль. Спасибо огромное за все. Я обязана тебе жизнью.

Адамс молча смотрел на нее, но затем вспомнил о своих промахах и отвернулся в сильном смущении. Конечно, они пока живы, но ведь Адамс совершал ошибку за ошибкой.

Кода же он опять посмотрел ей в глаза, Линн увидела перед собой того, давнего Мэтта, простодушного и честного.

– Я бы все это сделал снова – только позови.

Она улыбнулась, смахнула непрошеную слезу: