Читаем Исповедь миллионера полностью

Позже к лыжнику присоединились и другие участники обеда. Они по очереди интересовались моими увлечениями и раздавали советы, что и как лучше делать. Я с умным, понимающим лицом делал вид, что все воспринимаю очень серьезно, хотя сам сидел и думал о разных вещах, которые совершенно не имели с разговором ничего общего. Все знакомые Анны были не из бедных семей и пользовались авторитетом в своих кругах. Но для меня они были лишь детьми своих богатых родителей, которые сами в жизни и палец об палец не ударили для достижения чего-либо. По прошествии некоторого времени я поймал себя на мысли, что нахождение в этой компании доставляет мне некий дискомфорт. Обычные безобидные разговоры стали переходить в ту стадию, когда все люди вокруг (не имеющие столько же) считались бедняками и отбросами общества. Анна прекрасно знала, что такое хамское отношение к обычным людям меня очень сильно задевало, и попыталась сменить тему беседы, когда заметила мое сильное напряжение, но было уже поздно. Я загорелся.

– Ян, а ты сегодня улетаешь или как? – спросила Анна, когда я привстал из-за стола.

– Секунду, Анна. Сейчас отвечу и на твой вопрос, но сначала выскажу свою точку зрения, – успокоил ее я. Но от этого она совсем не успокоилась, а наоборот, еще больше напряглась. Также как и напряглись все присутствующие.

– Вы упомянули «простых» людей. А что с ними не так? – спросил я надутого, как колобок, толстощекого еврея, сидевшего напротив.

– Они изгои общества и не достойны хорошей жизни. Не так ли? – он еле-еле вскинул свои толстые, дряблые руки над столом и осмотрел всех присутствующих, будто ожидая одобрения его слов.

– Вы не правы, – ответил я. – Я никогда не делил людей на богатых и бедных. Это неправильно как с точки зрения морали, так и с точки зрения логики. Вот вам простой пример. Есть богатые люди, как вы, например, – я нагло ткнул в него пальцем, показывая всем, что испытываю при этом огромное удовольствие от своего бескультурья, – но есть и еще богаче, такие, как я. А раз я богаче, чем вы, то получается, что вы – бедняк, и такой же изгой для меня.

Толстяк напрягся. На его складчатом лбу выступил пот.

– Конечно, нет. Ведь мы с вами оба богаты. Просто… Вы чуточку богаче. Вот и все, – осторожно произнес он.

– Вот так же и среди всех людей… Все ваши рассуждения меркнут перед моральной стороной вопроса. Как можно унижать людей лишь за то, что им не повезло в жизни так, как вам? Не повезло родиться в семье Рокфеллера или Форда, не повезло выучиться в престижном вузе, так как у родителей не было средств его оплачивать, не повезло встретить богатую вторую половинку… Разве мы вправе осуждать их за это? Разве материальная составляющая важнее душевной? Я вот могу вам сказать, что вы для меня человек такой же, как и миллионы других. И вот теперь думайте… Считаю ли я вас изгоем наряду с ними или же наряду с вами считаю их хорошими людьми…

Я замолчал. Молчали и все остальные. Некоторые даже склонили головы, словно чувствуя за собой вину.

– У простых людей в душе куда больше золота, чем у богача в кармане, – закончил я, обращаясь в воздух, но при этом ко всем сидящим.

После моего монолога остаток вечера прошел под лозунгом тишины (благо просидели мы еще не дольше часа). Проводив гостей, Анна предложила остаться у нее, но я как истинный джентльмен отказался.

– Надеюсь, мы скоро увидимся, – произнесла она, крепко меня обняв.

– Вряд ли. Сейчас будут напряженные месяцы. Вплоть до Нового года.

– Ну, ты хотя бы на мой день рождения приедешь? Не забыл, когда он?

– Помню я. В январе. Приеду, конечно. У меня там должна быть важная сделка, но для тебя время найду, – с этими словами я поцеловал ее в щеку и вышел из дома.

Обещание, данное Анне, я запомнил и даже поставил напоминание в телефон за полгода. Но не всегда наши обещания, данные кому-то, можно осуществить. В жизнь порой вмешиваются такие обстоятельства, которые просто с головой уносят тебя в эпицентр более важных событий. И как бы мы ни старались повлиять на это, не всегда получается совместить два дела. Нам приходиться выбирать. И сделать этот выбор иногда очень тяжело… Но еще тяжелее потом смириться с ним… Спустя пару дней мне тоже пришлось смириться кое с чем…