Читаем Исповедь миллионера полностью

Мы с Анной познакомились на одном благотворительном вечере. Я запомнил его в деталях, так как он стал первым серьезным мероприятием в моей миллионерской карьере. Я сразу подружился с девушкой. Хоть она и не была моим идеалом, но все же мало-мальски походила на разумного человека без стереотипов, которые присущи золотым детям, да и не только детям. Дитем я ее и не считал. Она по возрасту опережала меня на три года. И хоть эта разница визуально не замечалась, но я всегда знал и чувствовал ее.

Анна была всегда довольно непредсказуемой и бесшабашной девушкой. Наша договоренность с ней о встрече совсем не означала, что она будет ждать меня дома в назначенное время. Этим она и отличалась от всех остальных. Веселая, задорная, в меру наивная и непунктуальная – она была олицетворением простецкой девушки, которая с легкостью пренебрегла бы походом на светский вечер, выбрав посиделки в узком кругу дома. Так случилось и в очередной раз.

Позвонив в дверь дома Анны, я предполагал, что могу и вовсе не застать ее, несмотря на предварительную договоренность. Но мое чутье подсказывало, что на этот раз все будет хорошо. И оно меня не подвело.

– Привет, Ян! Ну наконец-то! Я тебя заждалась! – завопила Анна, когда открыла мне дверь.

– Здравствуй! Слегка задержался по дороге из аэропорта, – объяснил я. – Прям-таки заждалась?

Она энергично закивала головой. После этого мы обнялись. От нее как всегда исходил приятный сладковато-цитрусовый аромат. Затем мы вошли в дом. Из гостиной сразу послышались голоса, причем их количество было тяжело сосчитать.

– Ты не одна?

– Нет. Ты же знаешь, я не люблю быть в одиночестве. Мои знакомые заехали на обед. Все готово. Ждем только тебя.

Я скептически посмотрел на Анну. Меня совсем не радовала перспектива совместного обеда с ее друзьями. Они, как и сама Анна, были, мягко говоря, увлечены только зелено-синими бумажками в кошельках. И если Анна просто молча тратила и не разглагольствовала на этот счет, то ее друзья были совсем не молчаливы, а наоборот, при каждой новой встрече делились и мерились друг c другом своими пожитками. Слушать мне это было не интересно, а тем более участвовать в этом. Но других тем за обедом или ужином у них попросту не было. Поэтому я и вовсе старался никогда не вступать с ними в близкий контакт. Однако отказать Анне не мог. Она это прекрасно понимала и пользовалась моим безвыходным положением. «Ну не уезжать же в самом деле, – подумал я. – С моей стороны это выглядело бы подло».

– Хорошо. Пойдем на твой обед, – произнес я от безысходности.

И как бы я не отнекивался от разговора за обедом, избежать его у меня не получилось… Первым вопросы стал задавать молодой и слащавый напарник Анны по лыжам.

– Ян, расскажите, чем вы занимаетесь в жизни? – спросил он, хотя явно был в курсе моей деятельности, потому что Анна всегда упоминала обо мне, как только представлялась возможность.

Возможно, она гордилась, что имеет знакомство со мной, а возможно, причина крылась в отсутствии (как и у меня) настоящих друзей в ее окружении, и поэтому таковым она хотела видеть именно меня.

Я натянуто заулыбался лыжнику, став оглядывать черты его лица. Абсолютно неприметный со стороны, он все-таки умудрился оставить мнение о себе в моей голове. А точнее, лишь жалкое подобие этого мнения. Я вкратце рассказал о себе, утаив несколько моментов, которые, на мой взгляд, были не так важны. К слову, Анна знала практически все обо мне и, когда я не рассказал ее знакомым некоторых вещей, она понимающе смотрела на меня, словно сама не хотела, чтобы я распространялся при всех этих людях. А скрывать было что. Анна не раз пыталась соблазнить меня втайне от всех. Она хотела романа со мной не меньше, чем дышать чистым альпийским воздухом. Я, в свою очередь, этого не допускал. У меня, как и многих богатых людей, просто не было времени на длительные романы. Именно так я объяснял Анне невозможность наших отношений, но в эти глупости даже я верил с трудом, а уж она, наверное, и совсем не верила. На тот момент мне в достатке хватало нашей с ней дружбы. Но, правда, случались периоды в жизни, когда я хотел все изменить между нами, однако эти мимолетные наплывы чувств быстро растворялись в пучине каждодневных дел.