Читаем Испивший тьмы полностью

– Дуб, который выглядел так, словно был свидетелем всех времен. Его чересчур тяжелые ветви склонялись к земле. И могу поклясться, я слышала, как он пел гимны… – Алия замерла, как будто прислушиваясь. – Меня спасла одна старая женщина. От нее пахло осенними листьями, а кожа была жесткая, как кора. Она отвела меня на дедушкину виллу, а по пути рассказала историю о Древе желаний, которую я не слышала ни до, ни после. Она говорила, что Древо желаний – это воплощение великого и могущественного творца, того, кто способен изменить реальность по нашим желаниям – если он так решит. Творца, который по-настоящему отвечает на молитвы, в отличие от глухих ангелов.

– Творец… Это слово может означать многое.

– Я в таком же недоумении, как и ты. Я хотела узнать больше, но никогда потом не встречала ту старую женщину. Это главная причина, по которой я заинтересовалась религиями. – Алия почесала голову. – Да, и она называла его Каслас. Она говорила, что Каслас и Саклас – два лица целого.

– Как двуглавая змея. Подумать только, Падший царь – один из Двенадцати святых. Если бы инквизитор услышал это от тебя…

– Знаю. – Алия озабоченно кивнула. – Но, хотя они едины, они не совсем одинаковы. Как сказала мне та старая женщина, Саклас пишет наши судьбы, а Каслас их переписывает.

В лагере Крума зазвучали боевые рога. Они уже трубили раньше, видимо призывая воинов на позиции. Вероятно, второй раз был сигналом готовиться к нападению.

– Боюсь, придется отложить на другой раз обсуждение твоей страшной сказки. – Я поднялся со шлемом в руках.

– Переломай им кости, – сказала жена. – Как бы ни были страшны сказки, ничто не пугает меня сильнее мысли о рубади, бесчинствующих в моем доме. Если мы не справимся, кто знает, сколько людей умрет? Кто знает, сколько будет обесчещено?

Когда мы с ней встретились, она говорила, что никогда по-настоящему не чувствовала себя здесь дома. Что всегда ощущала себя чуждой. Это общее для нас, Странников. Но Алия никогда не покидала Семпурис, и ей больше нечего было любить. Когда выиграем войну, я покажу ей мир. Может быть, тогда она ощутит себя неприкаянной, как и я.

Я присоединился к своим заместителям на бастионе второго форта. Он стоял на холме, так что мы видели за полосой леса Дамав, где ждала орда Крума. Хотя Бал непрерывно палил из бомбард, рога Крума до сих пор не трубили сигнал к атаке.

Боевые ряды противника разделяли бесчисленные болота и заваленные лесом дороги. Может быть, мы слишком усложнили врагам проход. Иногда ухудшать условия для врага – ошибка. Например, не дав отступить, можно лишь подтолкнуть его к схватке насмерть – это, как ничто другое, способно пробудить в людях зверя. Или, может, они опасались червивой гнили. Или просто наблюдали и выжидали.

Главная составляющая победы в бою заключается в том, чтобы догадаться, о чем думает враг, и действовать не так, как он от тебя ожидает. Без сомнения, по ту сторону поля битвы Крум пытался разгадать мои планы.

– Капитан, можно на пару слов?

Хит такой бескровный и тихий, что я даже не заметил, как он втиснулся между нами. Мы с ним отошли в сторону, чтобы не слышали остальные.

– Меня кое-что тревожит, – сказал он.

– Двадцать тысяч варваров вполне могут тревожить.

– Может и один самоуверенный кровавый колдун.

– Ион?

– История Тревора лишь сильнее меня напугала. Ион просто погубит себя в такой схватке с солнцеглотателем. И Мара окажется между ними. Дай мне разрешение приказать, чтобы он не пытался удержать ее.

У Хита было мягкое сердце. Я этого не ценил, но ценил то, что, несмотря на мягкосердечие, он никогда не отступал ни от долга, ни от нашей цели.

Методы Иона меня иногда тревожили, но сейчас я решил довериться ему. Теперь не время сомневаться в нашем самом крупном активе.

– Ион, как и ты, заслуживает моего доверия. Он не станет подвергать опасности Мару. Но, если тебе так спокойнее, попроси его сохранять терпение. Действовать, только когда представится возможность.

Это было и без того очевидно.

Хит кивнул, отмахиваясь от кусачих мух.

– Капитан, ты не думаешь, что обстреливать их лагерь – неудачная стратегия? Может быть, стоит нацелиться на самих всадников?

– Если всадники испугаются за своих детей, они потребуют от командиров приказ к атаке. А поспешное наступление, предпринятое в отчаянии, для нас лучше, чем холодное и продуманное. – Я легонько похлопал его по плечу. – Ты же хочешь победить в этой схватке, Хит? Или хочешь остаться высоконравственным человеком в той канаве, где нас зароют, когда проиграем?

Прежде чем Хит успел открыть рот, загудел третий рог.

Земля задрожала от топота многих тысяч копыт. Улюлюканье рубади и боевые крики рутенцев зазвенели и взвились до небес, ставших такими ясными – всего пара легких облачков, – что сами ангелы теперь могли наблюдать за битвой. Били наши барабаны, задавая ритм огню аркебуз.