Читаем Искусство обмана полностью

В данном случае аферист даже не маскировал свой обман при помощи униформы или удостоверения. Его главным оружием были наглость и «суровый вид». Если бы он просил приобрести билеты, его разоблачили бы на первой же остановке, но он требовал их, и это заставило пассажиров поверить, что перед ними действительно контролер.

К «установкам» по своим психологическим механизмам примыкают стереотипы мышления, которых в обыденном сознании существует великое множество.

Опытные мошенники широко используют их в своей практике, формально не подпадая под карающую десницу правосудия. Примером обмана такого рода может служить деятельность бродячего фокусника отставного штабс-капитана Григорьева, гастролировавшего в русской провинции в 70-х годах XIX века под громким именем «граф Калиостро». Как правило, все его фокусы были незамысловаты по технике, но гениальны по идее.

Так, на одном из его балаганов висела крупная надпись: «ЗДЕСЬ УГАДЫВАЮТ». Заплатив гривенник, посетители через узкий сквозной проход по одному человеку попадали в маленькую отгороженную комнатенку, имевшую весьма таинственный вид. Стены ее были обиты черным сукном, посреди на небольшом возвышении стоял черный стол, в центре которого находилась черная ваза, прикрытая черной же салфеткой.

У стола стоял сам «граф Калиостро», учтиво встречавший каждого посетителя.

— Потрудитесь окунуть палец в вазу, — предлагал он.

И когда посетитель исполнял это, Калиостро предлагал поднести палец к носу:

— Прошу вас понюхать!

Посетитель нюхал и, выражая неудовольствие, как правило, восклицал:

— Да это же обыкновенные помои!

— Поздравляю вас, вы угадали! — торжественно восклицал Калиостро и, быстро проводив к выходу ошеломленного посетителя, впускал нового клиента.

Данная шутка имела двойной смысл: во-первых, Калиостро формально выполнял обязательство, данное им при входе в ярмарочный балаган, — здесь действительно «угадывали», хотя все посетители, естественно, полагали, что «угадывать», или «гадать», будут им. Такова уж ярмарочная традиция, и отставной штабс-капитан прекрасно играл на сложившемся у людей стереотипе.

Но самый главный розыгрыш заключался в другом! Всякий побывавший в его балагане и, следовательно, попавшийся на столь незамысловатый обман был крайне недоволен произошедшим, но не спешил рассказывать о своем позоре своим друзьям. Кому же хочется выставлять себя недалеким простаком? Наоборот, одураченные посетители при встрече со знакомыми настойчиво убеждали их посетить балаган Калиостро, уверяя, что там их ждет небывалое удивление. Блестящая идея штабс-капитана с абсолютной точностью воплощалась в жизнь. Одураченные обыватели, которые, плюясь и чертыхаясь, покидали знаменитый балаган, тут же спешили «подставить» своих приятелей, злорадно представляя, как те с глупым выражением лица будут стоять у вазы с помоями, разглядывая свой палец.

Срабатывал главный стереотип: никто не хотел видеть обманутым только себя.

Калиостро же приписывают и «фокус» с людоедством, который он обычно демонстрировал в последний день пребывания в каком-нибудь захолустном городке. В афише писалось, что знаменитый маг и иллюзионист Калиостро в последнем акте представления съест живого человека.

Публика, заинтригованная таким сенсационным заявлением, не скупилась на гривенники.

Когда же в конце выступления наступало время «людоедства», «граф Калиостро» выходил на авансцену и обращался к зрителям:

— Согласно своему обещанию съесть живого человека, покорнейше прошу кого-нибудь из вас пожаловать ко мне сюда для эксперимента.

За этим следовало гробовое молчание, завершавшееся яростными криками и ругательствами.

Публика понимала, что нахальный «граф» опять провел ее, но сделать ничего не могла.

Никто не хотел рисковать. А вдруг этот чертов Калиостро и вправду людоед?

А маг, дождавшись тишины, спокойно констатировал:

— Итак, никто не хочет быть съеденным? В таком случае как же я могу показать этот фокус?

Вы видите, господа, всю мою готовность и вместе с тем положительную невозможность провести его без добровольца с вашей стороны.