Читаем Иосиф Сталин полностью

Морякам прямо заявили в обращении ВРК, что "коммунистическая партия, правящая страной, оторвалась от масс и оказалась не в силах вывести ее из состояния общей разрухи".

Мятеж начался.

Почему от возник?

Командующий морскими силами РСФСР, бывший контр-адмирал А.В. Немитц, представил по этому поводу доклад.

Он считал, что необеспеченность продовольствием не могла вызвать восстание; причина - в дискуссии о профсоюзах, в ее формах, раздражавших моряков, в расколе команд по политическим взглядам.

На Западе события расценили как начало общенародного выступления. Премьер-министр Франции А. Бриан принял посла Российской империи В.А. Маклакова и обещал поддержку, несколько банков перевели в Кронштадт крупные суммы.

Но восставшие вместо того, чтобы активно действовать, ничего не предпринимали, уверенные в правоте своего дела. (Подобная военная пассивность была свойственна всем крестьянским восстаниям).

5 марта в Петроград прибыли Троцкий, главком Каменев, начальник Полевого штаба РВСР П.П. Лебедев и командующий Западным фронтом Тухачевский. Они должны были организовать подавление мятежа до начала работы съезда. Вот слова Троцкого: "Мне поручено Центральным комитетом восстановить власть и порядок в Петрограде и Кронштадте, и эту задачу я выполню, не останавливаясь ни перед какими жертвами".

Непосредственным руководителем военной операции был назначен Тухачевский.

Но подавить восстание до 8 марта, когда начал работать партийный съезд, не удалось.

Руководство партии оказалось в непростом положении.

В своем выступлении, говоря о Кронштадте, Ленин говорил банальные вещи о белогвардейских генералах, работе эсеров и заграничных белогвардейцах, мелкобуржуазной контрреволюции.

Не все делегаты согласились с такой оценкой Александра Коллонтай дерзнула сказать что "вчерашний доклад мало кого удовлетворил", что "товарищи ждали ответа на те события, которые происходят у нас в Советской трудовой России, - события грозные, чреватые последствиями... Владимир Ильич обошел вопрос о Кронштадте и вопрос о Питере и Москве". (Цит. по В. Краснов, В. Дайнес. "Неизвестный Троцкий". С. 336).

Кронштадт был последней каплей. Надо было менять курс, но удержать власть в стране и партии. Красная Армия, состоявшая почти полностью из крестьян, не могла долго оставаться лояльной к коммунистам.

На съезде было высказано много критики и радикальных предложений от введения всеобщего равного избирательного права и свободы печати до введения для каждого члена партии (имелась ввиду партийная элита) правила: в обязательном порядке отбывать трудовую повинность в течение трех месяцев на производстве.

Остро критиковалась работа Политбюро и Оргбюро, что было использовано Лениным и его сторонниками для обновления кадрового состава этих органов, выведения из них сторонников Троцкого.

Но самый главный результат съезда заключался в четырех решениях:

О замене разверстки натуральным налогом;

О единстве партии;

О синдикалистском и анархистском уклоне в партии;

Об очередных задачах партии в национальном вопросе.

Ленин был обязан предложить партии стратегическое решение. Он его предложил: постараться удовлетворить требования крестьян, дать свободу рыночным отношениям в деревне.

Это было отступление от коммунистической теории, но другого выхода не было видно. Более того, вот уже как месяц, с февраля, продразверстка была заменена продналогом в Тамбовской губернии где не утихало крестьянское восстание. (Фактически восстанием руководили казачьи офицеры, пробившиеся сюда после поражения Деникина, - хорунжий Матарыкин, полковник А.В. Богуславский, поручик П.М. Токмаков, вахмистр Колесников, капитан Губарев).

Новая экономическая политика (НЭП) была принята делегатами съезда почти без споров. Какие могли быть споры, когда непокоренный Кронштадт по-прежнему угрожал Петрограду?

Наоборот, все ждали перемен.

Неразоруженный Кронштадт требовал еще одного решения, может быть, еще более трудного и опасного.

Партийные дискуссии, ведущие к фактическому расколу и вызывающие в обществе новую войну, надо было прекращать. Но с прекращением дискуссий партия теряла остатки демократичности.

В резолюции "О единстве партии" съезд сделал выбор: фракции и группировки отныне запрещались. За фракционную борьбу отныне ЦК мог применять любые меры наказания вплоть до исключения из партии. Эту резолюцию представил съезду Ленин.

Понимал ли он и старая большевистская гвардия, что эта резолюция отрезает партию от ее прошлого и создает основу для другой партии?

Видимо, понимали. Во всяком случае, Ленин даже затронул эту тему, сказав, что данная мера только предупредительная и вряд ли когда-либо будет применяться.

Однако другого выхода, пожалуй, не было.

Прежняя партия большевиков, которая была демократичной, гибкой, умела за счет внутренней свободы быстро восстанавливаться и заменять арестованных и сосланных активистов, теперь опасалась этих свойств.

Активность Троцкого и его сторонников раздражала не только кронштадских матросов, но и Ленина.

Отныне у партии должен быть один лидер - Центральный комитет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары