Читаем Иосиф Сталин полностью

Вспоминается герой романа Леонида Леонова "Вор" красный командир, орденоносец Дмитрий Векшин, ставший уголовником. Роман отражал реальную жизнь. Резко возросла преступность.

Кстати, для характеристики времени упомянем и о таком факте, как перестройка уголовного мира. На преступления шли разорившиеся крестьяне, демобилизованные красноармейцы, уволенные по сокращению штатов служащие, а также бывшие белые солдаты и офицеры. С приходом белых офицеров уголовный мир получил кадры, умеющие планировать операции, в совершенстве владеющие оружием, смелых и волевых. Такого, раньше не могло быть ни при каких условиях. Эти люди выработали своеобразный кодекс поведения, т.н. "воровской закон", и внесли в уголовное "Зазеркалье" жестокую дисциплину. Вот главные постулаты "закона": не владеть никаким имуществом, отказаться от родных, добывать средства к жизни только воровским путем, не служить в армии, не брать оружие из рук властей, не участвовать ни в каких политических организациях и акциях.

Это были правила некоего закрытого полувоенного ордена, члены которого враждебно относятся к обществу и ни в чем не хотят зависеть от него.

Это был новый тип сопротивления, "белогвардейско-уголовный Кронштадт", опирающийся на огромную (семь миллионов) армию беспризорников.

Далеко не случайно власть быстро отреагировала на новую опасность 21 января 1921 г. ВЦИК учредил Комиссию по улучшению жизни детей и назначил ее председателем Дзержинского. Проблема была серьезной: надо было лишить Зазеркалье его базы. В стране стали создаваться трудовые воспитательные коммуны, а государственная пропаганда возвысила тему до нравственной задачи всего народа.

Учитывая все перемены, можно понять, почему партия тоже стала перестраивать свою систему управления, усиливать контроль за низовыми организациями, проводить "чистку". Не могла не вырасти роль партийного аппарата. Только с апреля 1920 г. по март 1921 г. специальные кадровые подразделения ЦК, Орготдел и Учраспред, произвели 40 тысяч назначений на различные руководящие посты.

В секретариате ЦК в 1921 г. работало 600 человек, в 120 раз больше, чем в 1919 г.

Секретариат становился кадровой мастерской государства, а не только партии. И тот, кто получал контроль над Секретариатом, становился "серым кардиналом".

В марте Сталин едва не умер: у него был гнойный аппендицит, операция прошла очень тяжело. Сегодня трудно представить состояние тогдашней медицины, но одно обстоятельство - антибиотиков еще не существовало - дает представление о том, как ненадежно было состояние здоровья Сталина. Попросту говоря, он чудом выжил.

Ему было всего сорок два года. Это возраст, когда человек еще не готов к смерти и мало понимает, что она такое. Правда, в годы войны, а особенно, гражданской войны, многие оценки изменяются.

Для Сталина, судя по всему, переломным временем был март 1921 г. - победно окончилась гражданская, найдена новая экономическая политика, укреплены позиции в партийном руководстве, и он остался жить.

Бог истории, которого он вспоминал недавно, сохранил его. В этом же году у него и Надежды Аллилуевой родился сын Василий.

Новая жизнь вполне символично и закономерно началась с Грузии, куда Сталин приехал, сбежав из санатория в Нальчике, где выздоравливал после операции. Конечно, закономерность была не реалистическая, а мистическая, как будто на самом деле Бог истории решил дать Сталину пройти по камням, по которым ходил юный грузин Джугашвили.

Фокус в том, что член Политбюро не испытывал никакого пиетета перед чисто грузинскими, национальными стремлениями к независимой Грузии.

Прежде чем решать задачу собирания великой коммунистической державы он должен был для себя решить вопрос самоидентификации, и в последствии, став "великим вождем" с улыбкой говорил, что он русский человек грузинской национальности.

Его сын Василий, будучи маленьким, откроет своей сестре Светлане: "А наш папа когда-то был грузином".

Сталин, видевший своими глазами распад по национальным территориям Российской империи и собиравший единое советское государство, относился ко всем национализмам враждебно.

Приехав на родину, он был потрясен случившимися здесь переменами и так сказал об этом на общем собрании Тифлисской организации коммунистической партии Грузии:

"Во-первых, несомненно, что совершенно изолированное существование Советской Грузии, как и, всякой другой советской страны, ввиду безусловно враждебного отношения к советским странам со стороны капиталистических государств, - немыслимо как с точки зрения военной, так и с точки зрения хозяйственного развития. Взаимная поддержка советских государств как военная, так и хозяйственная, является условием, без которого немыслимо развитие этих государств.

Во-вторых, ясно, что Грузия, страдающая недостатком продовольственных продуктов, нуждается, не может обойтись без русского хлеба.

В-третьих, Грузия, не имеющая жидкого топлива, очевидно, нуждается для поддержания транспорта и промышленности в нефтяных продуктах Азербайджана, не может обойтись без них.