Читаем Иоланта полностью

Иоланта никогда не была в старой части города. Здесь еще сохранились ужасные пятиэтажные, так называемые «хрущевки» ― дома без лифтов и эскалаторов. Когда-то, в давние времена, эти строения использовались для проживания основной массы людей. Но в двадцать третьем веке это были жуткие, ветхие дома-старожилы, условно пригодные к проживанию. Правительство давно приняло решение об их сносе, но, как выяснилось, в отдельных квартирах этих «хрущевок» проживали одинокие старые люди, которые не хотели покидать обжитые квадраты.

– Марья Ивановна Пригожина?

– Да, это я. Проходите, пожалуйста.

Пожилая женщина открыла пошире дверь, и Иоланта очутилась в каком-то темном, пропахшем плесенью и пищевыми припасами, помещении. Иоланта еле разглядела маленькую сухонькую старушку, покрытую большим серым платком, настолько слабым был накал маленькой электрической лампочки.

– Я Иоланта, следователь из детективного агентства. Это вы прислали к нам свое обращение?

– Я, деточка, написала, а сама думаю, это ведь так дорого. Как мне покрыть эти расходы. Не знаю… Вы уж, голубушка, сами решайте, заниматься вам этим делом, или нет. Сами видите, какой из меня плательщик…

Иоланта была поражена убогостью жилища. Неужели в наше время, еще есть люди, которые живут в таких условиях. Казалось, что время здесь остановилось, и никакие новшества сюда не просочились. Старая, трухлявая мебель поскрипывала при малейшем прикосновении. Одежда старушки износилась настолько, что было даже как-то неприятно на нее смотреть, не говоря уже об ужасном, въедливом запахе.

Иоланта прошла вглубь комнаты, решая, куда бы присесть с наименьшими пагубными последствиями. «Возможно, этот диван еще выдержит вес моего тела», ― подумала она и осторожно опустилась на покрывало.

Марья Ивановна засуетилась, стала вытаскивать старые, запылившиеся чемоданы, заполненные пожелтевшими фотографическими снимками и альбомами.

– Я сейчас, подождите… Понимаете, я раньше работала учительницей, и Петенька был моим учеником. У меня хорошая память на лица, ― бормотала старушка. ― Я этого мальчика хорошо помню. И родителей его тоже помню. Мама ― Софья Михайловна, была моей коллегой, преподавала в нашей школе биологию, а отец Петеньки ― Роберт работал инженером в конструкторском бюро. Роберт Крафт, может, помните? Хорошая, дружная семья у них была. Правда, вот ребенок был только один.

Марья Ивановна, наконец-таки, отыскала нужный чемоданчик и достала фото.

– Вот, посмотрите, это мои выпускники четвероклассники. А вот и Петенька.

Иоланта посмотрела на желтый фотоснимок и поразилась уникальной памяти бывшей учительницы. «Мальчик, как мальчик, обычные глаза, волосы, нос, что тут можно запомнить?

Скорее всего, старушка ошиблась».

– Скажите, может, у вас есть еще какие-нибудь другие фотоснимки Петра?

– Да, конечно, вот. Здесь он со своими родителями. А вот здесь мы все вместе на школьном дворе.

– А сейчас, Марья Ивановна, расскажите о том телевизионном сюжете,― попросила Иоланта.

– Да, я сейчас редко включаю телевизор, сами понимаете, все так дорого. Но вот в прошлое воскресенье, я помню, это были вечерние новости. Там показали молодого человека, ну, очень похожего на Петю и сказали, что он, якобы, нарушил космическое пространство Земли.

– Марья Ивановна, а какую профессию выбрал ваш бывший ученик?

– Ну, конечно, я же не сказала самого главного. Питер Крафт, так его стали называть, успешно закончил начальную школу и поступил в высшую космическую академию астронавтов. Конечно, было одно препятствие, не позволявшее ему принять участие в той межпланетной экспедиции. Ведь, как я и говорила, он был единственным сыном у своих родителей, а в то время действовал закон, согласно которому в астронавты брали только детей из многодетных семей. Но для Петра сделали исключение, возможно родители дали свое письменное согласие, я точно не знаю. Но Петра зачислили в экипаж звездной экспедиции и даже назначили капитаном корабля.

– Очень интересно, что-нибудь о дальнейшей судьбе Питера Крафта вам известно?

– Нет. Знаю только, что его родители умерли в нищете, хотя тогда, когда забирали Петеньку, правительство обещало полное материальное обеспечение. Власть поменялась…

– Марья Ивановна, как вы думаете, если бы Петя вас увидел, он бы вас узнал?

– Трудно сказать, прошло столько лет. На фотографии наверняка бы узнал. Хотя, в репортаже в том сказали, что астронавт потерял память…

– В любом случае, Марья Ивановна, нам необходимо сделать копии этих фотоснимков, вы не возражаете?

– Нет, что вы, пожалуйста. Понимаете, я хотела сразу промолчать, ну, кому я нужна, старуха, со своими воспоминаниями. А потом подумала, может, это как-то поможет Петеньке.