Читаем Иоланта полностью

― Ну что ж, ― докладывала Иоланта обстановку своему шефу, ― мне остается констатировать тот факт, что Питер Крафт не помнит, ни своего детства, ни отрочества. Не помнит он и того, что с ним произошло в далеком космосе. Отдельные несвязные воспоминания, как вспышки сознания и все. Врачи реабилитационного центра, конечно, окажут содействие. После окончания карантинного периода ему будет оказана грамотная психотерапевтическая помощь, возможно, тогда ситуация изменится.

– Хотелось бы к тому времени навести более подробные справки об этой космической экспедиции, ― высказал свое пожелание Лихтенштейн.

– Хорошо, Герман Львович, я узнаю все, что смогу. Но, боюсь, нам придется столкнуться с грифом секретно. Я уже пробовала искать сведения в общедоступной базе данных. Но практически ничего нет. Я даже не смогла найти полный список членов экипажа.

– Да, действительно. Все, что касается межпланетных контактов, всегда хранилось за семью печатями, ― Герман склонил свою умную, обремененную десятками различных гипотез голову над папкой с делом астронавта. В этот момент Иоланте показалось, что он и в самом деле похож на африканского буйвола, готового ринуться в бой. «Да, рога бы ему…»

– А что, если обратиться в музей космонавтики? У них-то наверняка остались фотодокументы, свидетельства. А почему вы улыбаетесь, Иоланта?

– Да так, вам очень к лицу этот шарф. Прям, африканская саванна: слоны, жирафы, буйволицы…

Герман смутился. Он и впрямь вчера приобрел новый шарф, ему хотелось изменить свой имидж, как-то выделиться из толпы и, возможно, привлечь внимание Иоланты. Поэтому из всех предлагаемых вариантов он остановился на красно-желто-зеленом.

– Да, лучше всего вам обратиться в музей, ― сказал он серьезно. ― И не надо Африки, у нас тут и так достаточно жарко.