Читаем Иоланта полностью

Перед работником детективного агентства Степаном стояла сложная оперативная задача ― проникнуть в химико-биологическую лабораторию Ингред Кюхельбеккер и взять биологический образец ее, так называемой, хозяйки.

Степан, недолго думая, позвонил в дверь лаборатории. Все та же темнокожая старушка-администратор в белом чепчике и очках встретила его на пороге.

– Что вам угодно, молодой человек.

– Я это. Я хочу, ― Степану было трудно оперировать сложными медицинскими терминами, так как он не дружил с медициной и практически никогда не болел. ― Я хочу сделать заказ на клона. ― Наконец-таки выдавил он из себя самую простую фразу.

– У вас имеется разрешение? ― наступала бойкая старушка.

– Нет, но я все получу завтра.

– Вот завтра и приходите, ― попыталась захлопнуть дверь перед самым носом посетителя бдительная женщина.

Но от Степана было не так просто отделаться. Он уже поставил свой ботинок сорок четвертого размера на порог лаборатории и не собирался отступать.

– Мне необходимо встретиться с госпожой Кюхельбеккер, ― сказал он как можно громче и решительней.

Старушка, не ожидавшая услышать такой громоподобный рёв, прямо присела.

– А как вас представить?― наконец проявила снисходительность она.

– Степан Иванович Мысленков, помощник главного санитарного врача города. У меня предписание на проверку вашей лаборатории.

Темнокожая мегера недоверчиво захлопала блеклыми ресницами.

– Что же вы, Степан Иванович, сразу не сказали, а то «сделать заказ, да на клона». Сказали бы «санстанция», мы люди понятливые, ― переменила гнев на милость старушка. – Сейчас я позову Ингред, она вам все покажет и расскажет. Присаживайтесь, пожалуйста.

– Н-да.

«Слово «санстанция» здесь, похоже, звучит как пароль. До чего же глубоко сидит в нашем человеке подхалимство, чиноугодничество, ― подумал Степан. ― Не выкурить, не выдавить никакими пилюлями, никакими достижениями науки и техники. Если ты простой человек с улицы в ботинках сорок четвертого размера ― это одно, а если помощник главного санитарного врача города ― это совершенно другое».

Ингред самолично вышла навстречу уполномоченного лица контролирующего органа, застегивая на ходу халат и цепляя на голову белоснежный чепчик.

– Здравствуйте, Степан Иванович, проходите, пожалуйста, ― начала она разговор наигранно-радостным голосом.

– Здравствуйте, Ингред. «Да, явно, бабенка не в своей тарелке. Нормальный человек, тем более женщина-профессор, так себя бы не вел, ― определил Степан. ― Наверное, считает, что я здесь частый посетитель: помощник главного санитарного врача города».

– Степан Иванович, вас интересует что-либо конкретное или работа лаборатории в целом?

– Да, меня интересует, как… производится забор проб. Соблюдаются ли санитарные нормы, ― гнул свою линию Степан, разглядывая таблички на дверях лаборатории.

– Пожалуйста, проходите сюда. Вот как раз наш кабинет забора проб. Понимаете, от качества материала напрямую зависит эффективность нашей работы. Для получения клона используются ядра эмбриональных, то есть зародышевых фибробластов ― клеток соединительной ткани донора…

Степан с напускным вниманием прислушивался к словам женщины и с интересом рассматривал приборы, которые применяются при заборе генного материала человека.

– При необходимости мы производим генокоррекцию, ― продолжала объяснять Ингред.

– Вы хотите сказать, что производите анализ генного материала и при необходимости корректируете?

– Совершенно верно, это необходимо делать во избежание передачи наследственных болезней и пороков. Без этого ни одна современная лаборатория по созданию клонов людей и животных работать не может. У нас проводятся и другие тестовые испытания…

– Посмотрите вот сюда, ― женщина наклонилась над микроскопом, ― видите, это молекула ДНК, она содержит двадцать три пары хромосом. Это своего рода закодированная информация строения тела человека.

Степан наклонился к микроскопу, при этом аккуратно подцепил несколько светлых волосков, лежащих на воротничке медицинского халата Ингред.

– Да, действительно, очень кропотливая работа, ― Степан разглядывал скрюченную, похожую на большущую, сложенную из разномерных горошин, веретенообразную конструкцию молекулы ДНК. ― И что, вы владеете полной информацией о последовательности этих соединений и предназначении каждого гена?

– Да, работа по расшифровке генома человека завершена.

Степан еще раз с недоверием взглянул в глазок микроскопа. «Вот это работенка! Никогда бы не подумал, что от этой штуковины зависит, какой у тебя будет цвет глаз, и какого размера обувь ты будешь носить».

– Не могли бы вы мне показать журнал учета отбора проб генного материала?