Дело не в том, что я унаследовала тело в плохой физической форме, а в том, что оно не натренировано. Я была фигуристой, но подтянутой. Мои мышцы не гудели с той силой, которой я когда-то обладала, или той гибкостью, которую приобрела за шесть месяцев упорных тренировок. Я не надеялась снова вернуться к этому режиму, но теперь мне вроде как нравилась мягкость моего тела. Более округлые бедра, полная грудь, определенно более женственная. Впервые в жизни я почувствовала себя женщиной.

— Будь я проклят, — воскликнул Майло.

Он смотрел в окно со стороны водителя. Я прищурилась, проследив за его взглядом. В дюжине ярдов из столовой вышел мужчина. Одетый в знакомые черные брюки и белую застегнутую рубашку, он остановился на ступеньках и посмотрел в планшет.

Свет отражался от белокурых волосах красноречивого вербовщика, который выслеживал и доставлял стажеров в учебный лагерь. Человек, который договорился о моем освобождении из тюрьмы, пообещав более полноценную жизнь.

Бастиан.

Ублюдок.

Глава 6

Четыре с половиной года назад

Я смогу выжить двадцать восемь дней в аду. Ведь прожила в нем семнадцать лет и одиннадцать месяцев. Еще месяц я вытерплю, и тогда, наконец, буду свободна. Свободна от несовершеннолетних, свободна от взрослых, которые меня не понимают, свободна от правил, ограничений и стен. Я могу сделать что угодно.

Через двадцать восемь дней.

Как можно тише, в своих тонких тапочках я бреду по холодному коридору, прекрасно понимая, что меня здесь быть не должно. Простые круглые светильники настроены на ночное время, и в их тусклом свете выцветший синий линолеум на полу выглядит ужасно. Я не виновата, что за ужином выпила слишком много сока и теперь после отбоя должна сходить в туалет. Ну хорошо, да, я виновата. Но не собираюсь писать в свою постель. Я не делала этого с четырех лет.

В комнатах, мимо которых я прохожу, никто не шевелится. Из дверных проемов без дверей слышится только тихий храп и редкие всхлипы. Мне потребовалось много времени, чтобы привыкнуть спать без дверей в комнате и с тусклым светом, не говоря уже о трех других девушках в качестве соседок. Сейчас после трех с лишним лет меня это уже не так беспокоит.

Ванная находится в дальнем конце коридора и, естественно, практически рядом с караульной. Жалюзи закрыты, поэтому Джоани Уиллис, ночной охранник в будние дни, либо смотрит фильм, который ей не положено смотреть, либо развлекает одного из ночных охранников из мужского блока. Я не слышу ни стонов, ни тяжелого дыхания, когда проскальзываю мимо, так что, скорее всего, она смотрит кино.

Я стараюсь открывать дверь осторожно, чтобы та не скрипела. Планировку комнаты я знаю наизусть, поэтому не включаю свет. Просто делаю шесть шагов прямо вперед и резко поворачиваю направо. Моя ладонь хлопает по дверке туалета. Я пробираюсь внутрь кабинки, стягиваю пижамные штаны и занимаюсь своими делами. Как же хорошо. Я слишком долго терпела.

Я не смываю за собой, потому что это создаст много шума и кто-то все равно сделает это утром. Нельзя рисковать, когда битва наполовину выиграна. Я выхожу из кабинки в тот же момент, когда открывается дверь. Мой желудок скручивается. От страха деревенеют ноги, хотя здравый смысл требует спрятаться. Несколько теней заходят в помещение, и тут мне в глаза бьет яркий луч света.

Я ахаю и закрываю глаза, но все равно вижу яркие пятна за закрытыми веками. Дверь со скрипом закрывается. Ноги в тапочках шлепают по полу, кто-то приближается ко мне. Паника пронзает меня, внутри все леденеет, а руки дрожат. Я пячусь, пока моя задница не упирается в цементную стену. Конечно, я участвовала в драках, но никогда в темноте.

Луч света освещает мои ноги, а за ним виднеются четыре фигуры. Девушки из моего коридора, те, которые по тем или иным причинам меня ненавидят. Самая крупная девушка, шести дюймов роста и весом на тридцать фунтов больше меня, еще и самая подлая. Ее зовут Лана. Она затеяла со мной драку в мою первую неделю здесь, потому что я отказалась целовать ее туфли. Я буквально должна была поцеловать ее чертову обувь. Мы подрались. Я разбила ей лицо о стену и сломала нос. После этого она подстрекала других девушек придираться ко мне.

И эти девушки сейчас с ней. Алисия ненавидит меня, потому что у меня прямые светлые волосы, а у нее каштановые и чертовски сильно вьются. Однажды она отрезала у меня огромную прядь волос, поэтому за полчаса до инспекции я положила ей в постель кубики льда, из-за чего ее бросили в «Комнату для размышлений». Рядом с Алисией стоит Роуэн, которая любит хвастаться тем, сколько собак она убила и содрала с них кожу, из-за чего и попала сюда. Рядом с ней находится девушка по имени Кэти, похожая на труп. Она ненавидит меня за компанию со своими подружками, но лично мы не ссорились. Пока что.

— Тебя здесь быть не должно, Зло, — хрипло шепчет Лана.

Я прищуриваюсь на это ненавистное прозвище. — Как и вас.

— Конечно, мы можем здесь находиться. Мы пришли сделать тебе прощальный подарок, так как ты скоро покидаешь нас.