Читаем Инвестор полностью

«Тойота», выруливающая из узкого проезда, дернулась и заглохла, словно споткнулась о невидимую стену. Заднее колесо иномарки замерло в нескольких сантиметрах от телефона, выроненного адвокатом.

Хлопнула дверь, из салона «Тойоты» вылетела женщина, жутко напуганная, с расширенными от испуга глазами. Она кинулась было к адвокату, но увидела, как тот спокойно подобрал с асфальта мобильник, и отпрянула от него.

– Господи… – залепетала женщина. – Простите, пожалуйста! Вы не пострадали?!

Артем внимательно осмотрел телефон. К счастью, на нем не было никаких сколов или трещин. Он глянул на автоледи, которая вжала голову в плечи и смотрела на него, словно кролик на удава.

– Пациент скорее жив, чем мертв, – сказал Павлов мягко, тут же увидел, что шутка не удалась, и добавил: – Все нормально. Зазевался я, глядя в телефон.

– Я вас не заметила, простите.

– Говорю же, все в порядке, – уверил женщину Артем.

Послышался пронзительный звук клаксона. Павлов оглянулся и увидел запыленный «Соболь», водитель которого возмущенно жал на гудок. Заглохшая иномарка автоледи загораживала ему дорогу.

– Мы создаем пробку, – заметил Артем.

– Я вас подвезу, – предложила женщина, быстро пришедшая в себя. – Не возражайте. Хоть какая-то компенсация за мою невнимательность.

Артем чуть помедлил ради приличия и согласился.

– Вы куда направлялись? – осведомилась она, поворачивая ключ в замке зажигания.

– В район Кузнецкого моста, – ответил адвокат, устроившись на переднем сиденье.

«Тойота» осторожно выкатила вперед, освободив место для проезда «Соболя».

– Не вопрос, – согласилась автоледи, хотела было сказать что-то еще, но вздрогнула и уставилась на Артема.

– Вам лучше смотреть вперед, иначе мы влетим в столб, – спокойно произнес Павлов, и женщина сосредоточилась на дороге.

– Послушайте, я, конечно, могу ошибаться, – после короткой паузы проговорила она. – Вы, случаем, не тот самый адвокат? Артем Павлов?

– Случаем. – Он улыбнулся.

– Ну и ну! – Она выдохнула с потрясенным видом. – Бывает же такое. Я, наверное, должна пойти в церковь и помолиться за то, что с вами все в порядке. Иначе от меня в суде рожки да ножки остались бы.

– Перестаньте. Во-первых, посещать церковь можно и даже нужно по другим поводам. А во-вторых, инцидент исчерпан, все живы и здоровы. Или вы полагаете, что публичная персона обязательно должна быть мстительной, жаждущей крови?

– Это просто весьма неожиданно. Меня, кстати, Дарьей зовут. Дарья Шахова.

– Вот и познакомились.

– Расскажу подругам, не поверят, – призналась Дарья.

– Ну почему же? В жизни всякое случается, – отозвался Артем. – Конечно, будь я за рулем, вероятность нашей встречи существенно уменьшилась бы. Если, конечно, вы не зацепили бы мой автомобиль бампером.

– Ценю ваш тонкий юмор. Хотя на самом деле я неплохой водитель, – проговорила она. – У меня стаж одиннадцать лет, и ни одной аварии. Вот только сегодня прямо затмение какое-то нашло.

– Вас что-то тревожит? – внезапно спросил Павлов.

Дарья смутилась, ее щеки вспыхнули.

– С чего вы взяли?

– Об этом совсем нетрудно догадаться. Достаточно взглянуть на ваши пальцы. Может, именно ваше душевное состояние повлияло на внимательность? Тогда, на выезде?

Дарья перевела взор на руки, которые нервно стискивали рулевое колесо.

– Есть негласное правило водителей, – размеренным голосом продолжал Артем. – Руль нужно держать, словно птицу. Сожмешь сильно – она погибнет. Будешь держать слабо – улетит. Особенно это касается мотоциклистов.

С губ Дарьи сорвался глубокий вздох.

– У всех есть проблемы и трудности, – медленно проговорила она. – Неужели вам и в самом деле интересны проблемы незнакомой женщины, которая вас чуть не задавила минуту назад?

Артем посмотрел на нее. Невысокая ухоженная шатенка со стройной фигурой, возраст которой приближался к сорока. Густые волнистые волосы обрамляли миловидное лицо с чувственными губами. Однако бледный цвет кожи и тревога, прячущаяся в глубоких темных глазах, лишний раз подтверждали предположение Павлова о том, что его случайную знакомую что-то тяготит, причем сильно.

– Именно поэтому мне интересно узнать, что вам не дает покоя. Кстати, у вас ссадина на брови, – заметил он. – Довольно свежая, судя по всему – вчерашняя. Вы уж извините, что я читаю вас, будто книгу.

Дарья горько усмехнулась.

– Я никогда не умела притворяться. Что касается ссадины. Когда я выходила замуж, мне и в голову не могло прийти, что наш брак накроется медным тазом. А уж тем более что мой бывший супруг в качестве аргументов станет использовать кулаки. Никак не можем поделить двушку, в которой я живу сейчас с сыном. Ему восемь лет, но отца он нисколько не интересует. Я уж молчу про алименты.

Лоб Дарьи прорезали морщины, слишком глубокие для ее возраста. Было видно, что она едва сдерживается, чтобы не дать волю эмоциям.