Читаем Интервенция полностью

Проехали они довольно далеко. Миновали Невский проспект, название которого даже Речел сумела запомнить, переехали одну из бесчисленных речек, свернули на какую-то длинную улицу, потом зарулили во двор. Мужик вылез и двинулся куда-то в угол, где вниз вели ступени. Они спустились — и оказались в подвале, в полной тьме. Впрочем, человек тут же вытащил из угла какую-то штуковину, оказавшуюся допотопным керосиновым фонарем. На родине Рэчел, в Новой Англии, такими штуками любили украшать кабачки в стиле «ретро». Вспыхнул свет — и журналистка увидела, что находится в довольно обширном сводчатом подвале. В углу стоял стол, на котором лежала какая-то донельзя грязная стеганая одежда и резиновые сапоги. Мужик скинул плащ и натянул все это на себя.

Потом он оглядел Речел.

— Одежка у тебя не того, но что делать.

Они подошли к середине подвала — там обнаружился люк, вниз вели железные ступеньки. Мужик спустился вниз, из тьмы донесся его голос:

— Валяй, я тебя подстрахую.

Внизу оказалось какое-то небольшое помещение, откуда вел проход, наполовину прикрывавшийся железной дверью невероятной толщины, снабженной чем-то вроде рулевого колеса. У Речел под ложечкой засосало от сладкого предчувствия — она шла в тайные бункеры международной наркомафии. Девица уже представляла себе бестселлер, который появится на прилавках Америки — и сделает ее известной всему свету. Тут раздался большой «плюх!». Замечтавшись, Речел ступила не туда и провалилась по колено в какую-то дурно пахнущую жидкость.

— Острожнее, подруга.

Миновав дверь, они оказались в огромном помещении, сплошь занятом двухэтажными нарами. Миновав его, снова прошли в дверь.

— Теперь, снова осторожнее.

Опять последовал спуск по вертикальной лестнице. Теперь они находились в узкой низкой кишке, с полтолка которой свешивались какие-то мерзкого вида наросты. Тут Речел снова не повезло. На этот раз она грохнулась уже всерьез, во весь рост — вся одежда и лицо оказалась в липкой грязи.

— Я в говорил осторожнее…

Кое-как вытершись, журналистка поспешила за мужиком. Снова куда-то поднялись — и оказались в подобии круглого колодца, посредине которого находилась некое сооружение из ржавого железа.

— Ну, давай бабки.

— А… Товар?

— Не боись, я никого не кидаю.

Получив деньги, мужик показал на сооружение — это было нечто вроде бочки или выпирающей из пола обрезанной трубы.

— Бери.

Речел, по кинофильмам как-то иначе представляла себе процесс продажи крупных партий наркотиков. А тут… Не было ни дорогих машин с тонированными стеклами, ни элегантных людей с мрачными лицами, ни громил а автоматами. А была труба — или бочка — заглянув в которую, журналистка убедилась, что она до отказа набита этой самой «глиной».

— И… Сколько?

— Сколько тут? Полтонны, наверное. Не парься, тебе хватит.

— Да, нет… Сколько стоит грамм?

— Не понял. Какой грамм? Смешная ты, право слово. Ты мне деньги заплатила — я тебе место показал. Чего тебе еще? Бери сколько хочешь. Если мешка нет, вон держи, у меня пакет с собой. Да, ты не жадничай, потом еще придешь. Если дорогу не запомнила — давай еще десятку, когда выйдем на свет, я тебе схемку нарисую. Только просьба — не показывай кому попало. А то начнется тут проходной двор…

— И многие про это знают? — Пролепетала Речел, все еще ничего не понимая.

— Про это место — я, Сева, Пархатый и Дымок. Но ты не парься — на всех хватит. А не хватит — найдем другое.

— А… Оно не одно?

— Нет, ты все-таки какая-то странная. Да полно таких мест! Вопрос ведь не в том, чтобы его найти. Пошаришься по подземельям — так найдешь. Вопрос в том, чтобы загнать. Для этого надо иметь контакты с финиками или чухонцами. Вот это каждый бережет как зеницу ока. Но тебе, как я понимаю, это ни к чему. Ладно, бери сколько надо — и пошли.

— Я потом…

— Как хочешь. Будешь приходить, можешь брать одежду и сапоги. Только клади на место. И фонарь если возьмешь, пополняй керосин. Лады?

Речел все никак не могла ничего понять.

— А… Мафия?

— Какая мафия? Мафия раньше у нас была. А как начался бардак, так все и свалили. И бизнесмены свалили. Только такие как мы, раздолбаи и остались.

— Я не о том. Кто это все сделал?

— Да никто, я так полагаю! Само как-то. Как нефть в земле образовалась? Так и тут. Экология плохая, стоки канализационные, химия всякая, кислотные дожди. Ведь, ну, ты видела — бомбоубежище. Может, какая-нибудь фигня страшная была запрятана на случай войны…Рассказывают, еще когда коммунисты грохнулись, так люди тоже под землю полезли, подломили склады на случай войны, там какие-то аптечки — то ли против радиации, то ли против химии… В общем, наркоманы этой дрянью долбились и очень даже были довольны.

…Рыдать Рэчел начала еще в машине. Рыдала всю дорогу, и когда, даже не почистившись, побежала за утешением к Джекобу. А утешать ее пришлось Риккардо.

— Шеф, а я вот одно не понял, что она так расстраивается, что отдалась простому солдату? Говорят, до этого ниже офицера она не опускалась. — Удивился латинос. Ведь, как я соображаю, тайну-то раскрыла все-таки она?