Читаем Инфошок полностью

– Это не Токио, – возразила Джара. – Это Нью-Йорк, до падения на него орбитальной колонии «Ю». Видишь, вон там Гудзон. – Окинув циничным взглядом юношу, она отметила его черные как смоль волосы и черную щетину на щеках и подбородке, решив, что это какой-то дальний родственник Хорвила. У него было такое же благодушное лицо, однако Джара также разглядела на нем тень набожности, которая могла быть только генетическим подарком со стороны печально известной тетушки Бериллы. – А ты, должно быть, Беньямин.

Кивнув, юноша вежливо поклонился Джаре.

– Стремиться к совершенству, – сказал он. – А вы, смею предположить, Джара. Хорвил мне много о вас рассказывал.

Джара подозрительно оглянулась на инженера, жонглирующего хрустальным стаканом. У него над головой на потолке как сумасшедшие плясали солнечные зайчики.

– О, вот как?

– Не волнуйся, – сказал Хорвил. – На самом деле я рассказал Беньямину самую малость. Только хорошее.

Почувствовав напряжение, юноша тотчас же взял на себя роль дипломата.

– Ох уж эти церберы, – сказал он, кивая на хаотическое мельтешение текста в окне. – Знаете, Ханн Фреджор полагает, что за этим стоит верховный управляющий Борда.

– За чем?

– Ну как же, за инфошоком.

Хорвил от трех стаканов уже перешел к четырем, и выписываемые ими в воздухе дуги удлинялись с каждой секундой.

– Да, я читал речь, которую он выдал вчера вечером, – подтвердил он. – «Злонамеренная деятельность Совета по обороне и благосостоянию. Последняя отчаянная попытка Лена Борды заставить раз и навсегда замолчать семейство Сурина». Вы будете в восторге от этого Ханна Фреджора.

– Полное дерьмо! – поморщилась Джара. – Ну же, Хорвил, Борда вывел войска из Андра-Прадеш, как только инфошок закончился. Если бы он желал смерти Маргарет, ее уже не было бы в живых. – Она махнула рукой, удаляя из окна новости. – И как Борда отнесся к речи Ханна? Должно быть, он был взбешен.

– Это еще мягко сказано, – кивнул Беньямин. – Борда закрыл вплоть до дальнейшего распоряжения «Вздох», «Джемм» и все остальные «ресурсозатратные развлекательные сети».

– Закрыл?..

– В настоящий момент наша проблема – не Лен Борда. – Разом обернувшись, трое подмастерьев увидели стоящего в дверях Нэтча. Джара отметила, что мастер феодкорпа явился с волчьей усмешкой на лице, в сопровождении невидимых зрителей, не говоря про безупречный костюм в полоску, который смотрелся бы к месту в древнем Нью-Йорке. – Давайте уже займемся делом.

Хорвил поймал три стакана, однако четвертый выскользнул у него из пальцев. Виртуальный уотерфордский хрусталь со звоном упал на мраморный пол, но не разбился.

– А как же Вигаль? – спросил инженер. – И Мерри?

– Вигаль на очередном своем семинаре в Пекине, – сказал Нэтч. – «Воздействие гравитационных полей орбитальных колоний на нейронные проводящие пути» или что-то в таком духе.

– Ничто не сможет остановить научную конференцию, – пробормотала Джара.

– А я уже здесь, – сказала Мерри. По-видимому, светловолосая менеджер канала незаметно проскользнула в зал, когда никто не следил. Заняв место рядом с Нэтчем, Мерри вывела на темное дерево перед собой свои заметки. Почерк у нее был ровный и четкий, отчего Джара ощутила укол зависти.

– А вы чего ждете? – неожиданно резко воскликнул Нэтч. – Садитесь же, мать вашу!

Устроившись в мягком кожаном кресле во главе стола, Нэтч обвел взглядом своих четырех подмастерьев, едва сдерживая презрительную усмешку. В окне у него за спиной завис большой снимок войск Совета, марширующих по двору комплекса Сурина; Джара поняла, что случайно оставила открытым один сюжет утренних новостей. Четверо подмастерьев выжидающе переводили взгляд с фото на мастера феодкорпа. Маргарет Сурина, Совет по обороне и благосостоянию, встречи с инвесторами, инфошок, множественная реальность – не пора ли Нэтчу было ввести своих подчиненных в курс происходящего?

Предприниматель с непроницаемым лицом подчеркнуто небрежно повернулся к Джаре.

– Предлагаю тебе начать с анализа последних цифр продаж, – сказал он.

Джара недоуменно пожала плечами: «Цифры продаж? Как можно думать о продажах в такое время?» Но, зная Нэтча, она сегодня утром на всякий случай подготовила краткий анализ. Резко щелкнув пальцами, аналитик вызвала трехмерную таблицу, зависшую над столом. Разноцветные линии устремились наперегонки, выясняя, кому удастся первой подняться в правый верхний угол.

Джара указала на резкое пике в конце зеленой линии с подписью: «УМСТВЕННЫЙ ИНДЕКС 39».

– Похоже, одна наша программа получила вчера сильный удар, – сказала она. – Восемнадцатипроцентное падение за последние двадцать четыре часа. Должно быть, во время инфошока в ней произошло несколько сбоев. – Джара бросила недобрый взгляд на Хорвила. – А «Реорганизация данных 55в» Билли Стерно за тот же период скакнула вверх на сорок три процента.

Хорвил уверенно откинулся назад, оценивая стол на возможность закинуть туда ноги.

– Сбои случаются. «Умственный индекс 40» вернет все на круги своя.

Обрабатывая данные, Мерри дергала за линии графика, как за гитарные струны.

– А я тут вижу также кое-что хорошее.