Не суй свой нос в чужие дела – здоровее будешь.

Но тот военный явно большой начальник, и спорить с ним себе дороже. Сейчас в Италии непросто найти работу, даже такую неинтересную. Бросив на экран телевизора последний взгляд, Эрнесто направился к двери, в которую продолжали стучать.

Он до сих пор не мог поверить, что ему платили за то, чтобы он целый день сидел в тесной каморке и смотрел телевизор. Изредка проход использовали для спецэкскурсий: особых гостей приводили сюда из галереи Уффици. Эрнесто приветствовал их, отпирал металлическую решетку и выпускал через маленькую серую дверь в сады Боболи, где экскурсия и заканчивалась.

Стук уже раздавался совсем рядом, и Эрнесто отпер стальную решетку, прошел за нее, после чего запер за собой.

– Sì? – крикнул он, спеша к двери.

Ответа не последовало. Стук продолжался.

Insomma! Сейчас! Он наконец-то отпер дверь и открыл ее, ожидая увидеть знакомого военного с безжизненным взглядом. Но лицо, показавшееся в дверном проеме, было куда привлекательнее.

– Ciao, – с милой улыбкой произнесла хорошенькая блондинка и протянула ему сложенный лист бумаги, который он машинально взял.

Эрнесто сразу понял, что это просто подобранный в земли клочок бумаги, но женщина успела схватить его за запястье и надавила ему большим пальцем на косточку у основания ладони.

Кисть Эрнесто пронзила острая, как от удара кинжалом, боль. А потом рука онемела. Женщина шагнула ближе и снова надавила на косточку. Руку снова свело от боли. Эрнесто отшатнулся, пытаясь вырвать руку, но ноги у него вдруг подкосились, и он упал на колени.

Остальное произошло в мгновение ока. В дверном проеме появился мужчина в темном костюме, проскользнул в серую дверь и тут же запер ее за собой. Эрнесто потянулся к рации, но мягкая рука надавила на шею сзади, и он сразу обмяк, жадно хватая ртом воздух. Женщина забрала рацию, а подошедший мужчина смотрел на нее с таким же беспокойством, как и сам Эрнесто.

– Дим-мак, – небрежно пояснила блондинка. – Китайское искусство поражения нервных центров. Одна из причин, почему они смогли продержаться три тысячи лет.

Мужчина смотрел на нее с изумлением.

– Non vogliamo farti del male, – прошептала женщина Эрнесто на ухо. Мы не хотим причинять тебе вред.

Почувствовав, что давление ослабло, Эрнесто попытался вырваться, но женщина тут же надавила сильнее, и его мышцы опять свело, а он сам чуть не задохнулся от боли.

– Dobbiamo passare, – произнесла она. Нам нужно пройти. Она показала на стальную решетку, которую Эрнесто благоразумно запер. – Dov’è la chiave?[15]

– Non ce l’ho, – с трудом выдавил он. У меня нет ключа.

Мужчина подошел к решетке и внимательно осмотрел запорный механизм.

– Здесь кодовый замок, – сообщил он женщине. Акцент выдавал в нем американца.

Женщина опустилась на колени рядом с Эрнесто – ее карие глаза были холодны как лед.

– Qual’è la combinazione?[16]

– Non posso! – ответил он. – Мне запрещено…

Он почувствовал ее пальцы в верхней части позвоночника, и все его тело сразу обмякло. Через мгновение он потерял сознание.

* * *

Очнувшись, Эрнесто еще несколько минут не мог понять, что с ним. Его сознание то затуманивалось, то прояснялось. Всплывали обрывки разговора… приступы боли… его куда-то тащили. Все было как в тумане.

Когда застилавшая глаза пелена рассеялась, он увидел странную картину: рядом с ним на полу стояли его ботинки без шнурков. И только тогда он понял, что едва может пошевелиться. Он лежал на боку со связанными руками и ногами. Может, даже его же шнурками. Он хотел закричать, но не смог издать ни звука: в рот ему засунули его же носок. Но по-настоящему страшно ему стало, когда он увидел работающий телевизор, по которому показывали футбол. Это же мое рабочее место… По другую сторону решетки?!

Издалека доносились звуки удалявшихся шагов. Вскоре они стихли… Non è possibile! Но этого не может быть! Каким-то образом блондинке удалось заставить Эрнесто сделать то, что категорически запрещалось: назвать постороннему код, открывающий доступ в знаменитый Коридор Вазари.

Глава 31

Приступы тошноты и головокружения накатывали на доктора Элизабет Сински все чаще. Она забилась в угол на заднем сиденье фургона, и сидевший рядом агент поглядывал на нее с нараставшей тревогой.

Его рация вдруг ожила, передав какое-то сообщение о Галерее костюма, и Элизабет очнулась от полузабытья, в котором заново переживала встречу с зеленоглазым чудовищем.

В полутемной комнате нью-йоркского офиса Совета по международным отношениям она слушала бредовые откровения таинственного незнакомца, пригласившего ее на встречу. Похожая на призрак долговязая фигура расхаживала перед экраном с повергающим в трепет изображением, навеянным Дантовым адом: бесконечные толпы людей умирали в жутких мучениях.