Прежде чем покинуть музей, профессор незаметно отставил в сторону столбики с цепочкой и табличкой, загораживавшие вход в коридор. А затем остановил проходившую по галерее молодую сотрудницу.

– Signorina? В витрине с посмертной маской Данте надо включить свет. В темноте ее очень плохо видно.

– Извините, – ответила та, – но этот экспонат сейчас не выставляется. Маска Данте находится в другом месте.

– Как же так? – притворно удивился Лэнгдон. – А я только что ею любовался!

На лице женщины отразилась растерянность. Она бросилась в коридор, а Лэнгдон тихо выскользнул из музея.

Эпилог

Самолет компании «Алиталия», совершавший ночной рейс в Бостон, летел на запад на высоте тридцати четырех тысяч футов. Внизу простирались залитые лунным светом темные воды Бискайского залива.

На борту Роберт Лэнгдон перечитывал «Божественную Комедию». Мелодичность строф, написанных терцинами[45], вкупе с гулом реактивных двигателей оказывали на него гипнотически убаюкивающее действие. Слова Данте, казалось, текли со страниц и вызывали в сердце профессора отклик, словно были только что написаны специально для него.

Читая, он вновь убеждался в том, что поэма Данте была не столько об ужасах преисподней, сколько о силе человеческого духа, способного выдержать любые испытания, какими бы тяжкими они ни оказались.

За бортом показалась полная луна – яркая и завораживающая, она затмевала все другие небесные светила. Глядя в иллюминатор на раскинувшееся перед ним бескрайнее пространство, Лэнгдон вспоминал события последних дней.

Самое жаркое место в аду уготовано тем, кто в пору нравственного испытания предпочитает оставаться в стороне. Никогда прежде Лэнгдон не осознавал смысл этих слов так ясно. В опасные времена нет греха страшнее бездействия.

Лэнгдон знал, что он, как и миллионы других людей, повинен в этом грехе. Мир захлестнула пандемия нежелания людей смотреть правде в глаза, когда речь заходит о судьбе всего человечества. Лэнгдон пообещал себе никогда об этом не забывать.

Самолет мчался на запад, а Лэнгдон думал о двух отважных женщинах, которые сейчас находились в Женеве, чтобы встретить будущее лицом к лицу и смело ответить на вызовы изменившегося мира.

На горизонте появились облака, они становились все больше, и наконец одно из них наползло на луну и погасило ее яркий свет. Роберт Лэнгдон откинулся на кресле, чувствуя, что его одолевает сонливость. Выключив лампочку над головой, он бросил последний взгляд в иллюминатор. Мир в темноте за окном преобразился. На небе мерцали россыпи ярких звезд.

Выражение признательности

Я хотел бы выразить самую искреннюю признательность – в первую очередь, как всегда, своему редактору и близкому другу Джейсону Кауфману, за его трудолюбие и талант… но, главное, неиссякаемый оптимизм.

Моей потрясающей жене Блайт за ее любовь и понимание, а также за превосходное чутье и помощь в качестве редактора.

Моему неутомимому агенту и верному другу Хейде Ланге за искусное проведение переговоров в стольких странах и по стольким вопросам, что это невозможно себе даже представить. Я буду вечно ей благодарен за ее профессионализм и энергию.

Всей команде издательства Doubleday – за энтузиазм и креативность при работе над моими рукописями. Отдельное спасибо Сюзанне Херц за ее разносторонние таланты и вкус… и умение ими пользоваться, Биллу Томасу, Джуди Джейкоби, Майклу Уиндзору, Джо Галлахеру, Робу Блуму, Норе Рейчард, Бет Мейстер, Марии Карелла, Лоррейн Хайленд, а также Сонни Мета, Тони Кирико, Кэти Трейгер, Энн Месситт и Маркусу Долу. Спасибо всем потрясающим сотрудникам отдела продаж издательского дома Random House… вам просто нет равных.

Моему мудрому адвокату Майклу Руделлу за его непревзойденное чутье в больших и малых делах и за его дружбу.

Моей незаменимой помощнице Сьюзен Морхаус за ее харизму и энтузиазм. Без нее все погрузилось бы в хаос.

Всем моим друзьям в британском издательстве Transworld, в особенности Биллу Скотт-Керру за творческий подход, поддержку и жизнерадостность, а также Гейл Рибак за превосходное руководство.

Моим итальянским издателям Modadori, особенно Рики Каваллеро, Пьеру Кузани, Джованни Дутто, Антонио Франкини и Клаудии Скью; турецким издателям Altin Kitaplar, в частности Ойе Альпар, Эрдену Хеперу и Бату Бозкурту за особую помощь в связи с местами, описанными в этой книге.

Моим замечательным издателям по всему миру за их увлеченность и самоотверженность.

Леону Ромеро-Монтальво и Лучано Гульельми за умелое руководство переводческими центрами в Лондоне и Милане.

Доктору Марте Альварес Гонсалес за ее удивительную эрудицию и то, что она познакомила нас с уникальной архитектурой Флоренции и хранящимися в ней шедеврами.

Неподражаемому Маурицио Пимпони за все, что он сделал, чтобы наша поездка в Италию оказалась плодотворной.