Читаем Инферно полностью

– В письме ко мне Бертран говорил, что очень гордится своим творением и считает Инферно изящным и гуманным решением проблемы. – На ее глаза вновь навернулись слезы, и она их смахнула. – По сравнению с жестокостью «черной смерти» доля истины, наверное, в этом есть. Не будет никаких больниц, переполненных умирающими, никаких разлагающихся трупов на улицах, никаких скорбящих выживших, оплакивающих своих близких. Люди просто перестанут так много рожать. На планете снизится рождаемость, кривая ее роста изменит направление, и население постепенно начнет сокращаться. – Она помолчала. – Результат окажется гораздо эффективнее чумы, которая сокращала население разово и ненадолго, создавая лишь временный провал в графике роста населения. А своим Инферно Бертран решил проблему навсегда… и решил ее в духе трансгуманизма. Бертран занимался генной инженерией и работал с зародышевой линией. Он решал проблемы на корневом уровне.

– Но это же генетический терроризм… – прошептал Лэнгдон. – Это меняет саму природу человека, причем на фундаментальном уровне.

– Бертран смотрел на это иначе. Он мечтал исправить роковой изъян в человеческой эволюции… И изъян этот – в нашей чрезмерной плодовитости. Человек при всем своем уникальном интеллекте оказался не способен контролировать численность собственной популяции. Ни бесплатная контрацепция, ни образование, ни государственные программы стимулирования малосемейности не приносят нужных результатов. Мы продолжаем рожать… хотим того или нет. Вы знаете, что, по данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, почти половина беременностей в США – незапланированные? А в слаборазвитых странах эта цифра составляет свыше семидесяти процентов!

Лэнгдон уже встречал эти статистические данные, но только сейчас начал осознавать, что за ними стоит. Как биологический вид, люди повторяют судьбу кроликов, которых завезли на тихоокеанские острова, где они размножались до тех пор, пока не уничтожили там всю экосистему и не вымерли сами.

Бертран Зобрист изменил наш вид… пытаясь его спасти… путем превращения в менее плодовитых особей.

Лэнгдон глубоко вздохнул и бросил взгляд на видневшиеся на горизонте Босфора суда – подобно им, он не чувствовал под собой почвы. Звуки сирен раздавались уже рядом, и Лэнгдон понял, что времени у них осталось совсем немного.

– Но самое страшное заключается не в том, – снова заговорила Сиенна, – что Инферно вызывает бесплодие, а в самой его способности к этому. Переносимый по воздуху вирусный вектор является квантовым скачком, который намного опередил свое время. Бертрану удалось вырвать нас из темных веков генной инженерии и перенести в далекое будущее. Он открыл человечеству доступ к процессу эволюции и предоставил возможность усовершенствовать наш вид широкими мазками. Ящик Пандоры теперь открыт, и обратного пути нет. Бертран создал алгоритм изменения человеческой расы… и если он попадет в плохие руки, то Господь помилуй и сохрани нас… Такую технологию нельзя было создавать. Как только я прочитала письмо Бертрана, в котором он рассказывал, как ему это удалось, я тут же его сожгла. И поклялась найти вирус и уничтожить все его следы.

– Я не понимаю, – вмешался Лэнгдон, и его голос дрожал от гнева. – Если вы хотели уничтожить вирус, то почему не сотрудничали с доктором Сински и ВОЗ? Почему не связались с ЦКПЗ или еще с кем-нибудь?!

– Вы шутите?! Правительственные организации ни в коем случае нельзя допускать к таким технологиям! Подумайте сами, Роберт! На протяжении всей истории человечества любая прорывная научная технология – начиная от получения огня и заканчивая ядерной энергией – обязательно использовалась в военных целях и практически всегда оказывалась в руках сильных государств. Откуда, по-вашему, взялось наше биологическое оружие? Начало его созданию положили исследования таких организаций, как ВОЗ и ЦКПЗ. Технология Бертрана – пандемический вирусный вектор, воздействующий на генетический код, – является самым мощным оружием, когда-либо созданным человеком. Она открывает путь к ужасам, вообразить которые просто невозможно, включая создание биологического оружия избирательного действия. Представьте себе патоген, который поражает исключительно людей, чей генетический код имеет определенные этнические маркеры. Он позволит провести масштабную этническую чистку на генетическом уровне!

– Я понимаю ваши опасения, Сиенна, но эта технология может использоваться и в благих целях, верно? Разве это открытие – не дар небес генетической медицине? Например, возможность сделать прививку всему населению Земли?

– Возможно, но, к сожалению, от людей, облеченных властью, я не жду ничего хорошего.

Вдалеке послышался рокот вертолета. Лэнгдон поднял взгляд и сквозь кроны деревьев увидел над Египетским базаром огни летательного аппарата, который огибал холм и направлялся в сторону пристани.

Сиенна напряглась.