– Это лесть? – улыбается Зобрист и наклоняется ближе. Наши колени соприкасаются. – Она может далеко завести.

Заигрывание явно неуместно, но за окном пустого отеля метет метель, и кажется, что время остановилось и весь мир замер.

– Что скажешь? – спрашивает Зобрист. – По стаканчику у меня в номере?

Я не шевелюсь, понимая, что выгляжу точь-в-точь как олень, парализованный светом фар. Я даже не знаю, как это делается!

Глаза Зобриста тепло поблескивают.

– Позволь, я угадаю, – шепчет он. – У тебя это первый раз со знаменитостью.

Я чувствую, что краснею, и стараюсь скрыть нахлынувшие чувства – смущение, возбуждение, страх.

– Если честно, – признаюсь я, – у меня еще никогда не было мужчины.

Зобрист улыбается и придвигается ближе.

– Не понимаю, в чем причина столь долгого ожидания, но позволь мне быть твоим первым.

В этот момент все сексуальные страхи и переживания детства улетучиваются… в снежную ночь.

А потом я лежу обнаженная в его объятиях.

– Расслабься, Сиенна, – шепчет он и умело ласкает меня, вызывая в моем неопытном теле неведомые доселе ощущения.

В объятиях Зобриста я чувствую, будто все в мире наконец-то встало на свои места и в моей жизни появилась цель.

Я встретила свою любовь.

И последую за ней куда угодно.

Глава 80

На верхней палубе «Мендация» Лэнгдон ухватился за поручень из полированного дерева, чтобы унять дрожь в ногах и отдышаться. Воздух стал прохладнее, а рев низко пролетавших пассажирских лайнеров указывал на близость аэропорта Венеции.

Я должен вам кое-что рассказать о Сиенне Брукс.

Ректор и доктор Сински молча стояли рядом, давая Лэнгдону возможность прийти в себя. То, что он узнал от них, настолько выбило его из колеи, что Сински посчитала необходимым вывести профессора на палубу.

Морской воздух бодрил, но ясности в голове Лэнгдона от этого не прибавлялось. Он тупо смотрел на пенящийся след от винтов яхты, стараясь найти хоть какую-то логику в том, о чем ему только что рассказали.

Если верить Ректору, Сиенна Брукс и Бертран Зобрист были любовниками. Они вместе участвовали в полуподпольном движении трансгуманизма. Ее полное имя было Фелисити Сиенна Брукс, но она также пользовалась кодовым именем ФС-2080… составленным из ее инициалов и года, когда ей должно исполниться сто лет.

Все это было какой-то нелепицей!

– Я знал Сиенну Брукс, – сообщил Ректор Лэнгдону, – и доверял ей. Поэтому, когда год назад она попросила меня встретиться с богатым потенциальным клиентом, я согласился. Им оказался Бертран Зобрист. Он нанял меня, чтобы я обеспечил ему безопасное убежище, где он мог бы вдали от людских глаз завершить работу над своим «шедевром». Я полагал, что он разрабатывает новую технологию и боится, что ее украдут… А может, проводит какое-нибудь передовое генетическое исследование, которое нарушает этические нормы, установленные ВОЗ. Я не задавал вопросов, но поверьте, даже вообразить не мог, что он создает… вирус чумы.

Лэнгдон лишь рассеянно кивнул, не в силах переварить услышанное.