Читаем Инферно полностью

– Зобрист был фанатичным поклонником Данте, – продолжил Ректор, – и потому выбрал Флоренцию в качестве места, в котором хотел бы обосноваться. Моя организация обеспечила его всем, что требовалось, – тайной лабораторией с жилым помещением, документами на разные имена и защищенными средствами связи, предоставила личного куратора, который решал все вопросы: от обеспечения безопасности до приобретения продуктов питания и материалов с оборудованием. Зобрист никогда не пользовался своими кредитными картами и не появлялся на публике, поэтому отследить его было невозможно. Для разъездов мы снабжали его фальшивыми документами на вымышленные имена и даже гримировали до неузнаваемости, чтобы никто не мог его опознать. – Он помолчал. – Видимо, во время одной из поездок он и заложил растворяющийся пластиковый пакет.

Сински резко выдохнула, даже не пытаясь скрыть досаду.

– ВОЗ целый год пыталась выйти на его след, но он просто исчез с лица земли.

– Он скрывался даже от Сиенны, – заметил Ректор.

– Прошу прощения? – не удержался Лэнгдон, кашляя, чтобы проглотить ком в горле. – Разве они не были любовниками, по вашим же словам?

– Были, но он резко обрубил все связи с внешним миром, как только ушел в подполье. Хотя к нам его направила именно Сиенна, но договаривались обо всем мы с самим Зобристом, и о его местонахождении не должен был знать абсолютно никто, включая ее. Судя по всему, после исчезновения он направил ей прощальное письмо, в котором сообщил, что серьезно болен, что жить ему осталось около года и он не хочет, чтобы она видела, как он угасает.

Зобрист бросил Сиенну?

– Сиенна пыталась связаться со мной, чтобы навести справки, – пояснил Ректор, – но я не отвечал на ее звонки. Желание клиента для меня закон.

– Две недели назад, – продолжила Сински, – Зобрист появился в одном из флорентийских банков и анонимно арендовал банковскую ячейку. Тогда наконец сработала наша система особого контроля. Установленная в банке новая компьютерная программа распознавания лиц, даже загримированных, идентифицировала посетителя как Бертрана Зобриста. Моя команда вылетела во Флоренцию, и ей потребовалась неделя, чтобы найти его конспиративное убежище, но оно оказалось пустым, зато мы нашли там свидетельства создания Зобристом какого-то чрезвычайно заразного патогена, который он успел перепрятать в другое место. – Сински помолчала. – Мы буквально сбились с ног, разыскивая его. И на следующий день перед рассветом его заметили на улице Арно и немедленно бросились в погоню. Вот тогда он забрался на башню Бадия и, прыгнув с нее, разбился насмерть.

– Не исключено, что он так и спланировал, – добавил Ректор. – Он был убежден, что жить ему осталось немного.

– Как бы то ни было, – продолжила Сински, – Сиенна тоже его искала. Каким-то образом ей удалось узнать, что наша группа вылетела во Флоренцию, и она следила за нами, рассчитывая, что мы приведем ее к нему. Когда он прыгнул, она, к сожалению, была рядом. – Сински вздохнула. – Не представляю, каким потрясением для нее было видеть, как ее любовник и наставник разбился насмерть.

Лэнгдону стало нехорошо, услышанное не укладывалось у него в голове. Единственным человеком, которому он доверял во всей этой запутанной истории, была Сиенна, а теперь ему говорят, что она не была той, за кого себя выдавала? Он ни за что не поверит, что Сиенна стала бы помогать Зобристу в создании чумы.

Или все-таки стала бы?

Ты бы пошел, спросила она, на уничтожение половины сегодняшнего населения планеты, чтобы сохранить наш вид от вымирания?

Лэнгдон похолодел.

– Когда Зобриста не стало, – продолжила рассказ Сински, – я использовала свои связи, чтобы вскрыть арендованную им ячейку. В ней, как ни удивительно, оказалось письмо, адресованное мне… и непонятное маленькое устройство.

– Проектор, – догадался Лэнгдон.

– Именно. В письме он предлагал мне первой посетить эпицентр, найти который можно было только с помощью оставленной им «Карты ада».

Лэнгдон мысленно представил себе измененную картину Боттичелли, изображение которой было заложено в крошечный проектор.

Теперь заговорил Ректор:

– Зобрист поручил мне доставить доктору Сински содержимое ячейки, но только после наступления завтрашнего утра. Когда оно оказалось у доктора Сински раньше времени, мы занервничали и предприняли ряд действий, чтобы вернуть содержимое и выполнить свои обязательства перед клиентом.

Элизабет перевела взгляд на Лэнгдона.

– Поскольку у меня не было уверенности, что мы успеем разгадать эту загадку, я обратилась за помощью к вам. Вы что-нибудь помните об этом?

Лэнгдон покачал головой.

– Мы доставили вас на самолете во Флоренцию, где вы договорились о встрече с человеком, который, как вы считали, способен нам помочь.

Игнацио Бузони.

– Вчера вечером вы с ним встретились, – сказала Сински, – а потом вдруг исчезли. Мы решили, что с вами что-то случилось.