Читаем Империя полностью

– Хотите чуда? Что же, есть среди вас человек, который хочет спасти не только свое больное тело, но и никчемную душу? – выкрикнул Луций. Взглянув на Иисуса, он пожал плечами и развел в стороны руки: – А что? Как могу, так и помогаю.

Толпа зашевелилась, словно огромное чудовище, и изрыгнула из себя искалеченного человека с переломанными ногами и телом, покрытым струпьями. Он, кое-как переваливаясь, подошел к спасителю и пал на колени.

– Помоги мне. Я был солдатом, мы сражались за свободу в рядах Такфарината в Нумидии. Я едва остался жив после осады города. Римский командир приказал вырезать всех. Мне переломали ноги, несколько раз проткнули мечом и свалили в кучу с мертвыми. Ночью я выполз и, не помню как, добрался до дороги. Там меня подобрали добрые люди и выходили. Но моя жизнь теперь – одно сплошное страдание.

Луций опустил глаза и зашел за спину спасителя.

– Веришь в то, что я могу? В то, что может отец мой?

– Всем сердцем, – по щекам калеки текли слезы.

– Так пускай исцелится тело твое и очистится душа твоя от всего, что было сделано тобою.

Иисус прикоснулся к его голове. Яркий свет ослепил глаза присутствующих, а когда они наконец-то смогли вновь видеть мир, перед ними стоял здоровый мужчина с посохом в руках. Толпа встала на колени, славя своего спасителя.

– Нам пора.

Исцеленный пребывал в оцепенении, не понимая еще, что с ним произошло. Пользуясь моментом, Иисус и Луций протиснулись сквозь цепляющиеся за них руки людей и продолжили свой путь.

– Ты прав, они верят в тебя, пока ты развлекаешь их. Они привыкли к зрелищам. Даже исцеление они все равно будут принимать за потеху. Может, перестать их лечить? Ты же не врачеватель, в конце-то концов.

– Они хотят этого. Я сотворил чудо, напоив тебя, и ты поверил в меня. Если бы я не сделал этого, ты бы тоже не уверовал.

– Но, по-моему, ты уже достаточно сделал. Слава о тебе разойдется сама. Она уже разошлась. Скоро ты привлечешь к себе внимание тех, кто захочет уничтожить тебя. Люди разносят по миру твои слова о сыне царя небесного. Многим это будет не по душе. Сам подумай: ты даешь веру и забираешь тем самым власть у священников, которые управляли умами людей задолго до тебя. Когда их паства пойдет к тебе, а доход иссякнет, они растопчут тебя. Нужно быть осторожнее.

– Я не боюсь, Луций. Я должен открыть людям глаза. Должен дать им свет.

– Творя чудеса, ты добьешься только одного: они приколотят тебя к кресту и потребуют назначить аудиенцию с твоим отцом!

– Они не сделают этого. Ты просто не веришь в людей.

– Я просто один из них! И я бы поступил с тобой, как и сказал только что, если бы мы не встретились лично.

– Но мы же встретились.

– Делай, как знаешь!

Генерал плюнул в сторону и ускорил шаг. Долгое время он шел впереди, пока вдали не показалась маленькая рыбацкая деревенька на Галилейском озере: скромные домики, натянутые сети, сильный запах рыбы. Озеро было спокойное, вода бережно покачивала на себе многочисленные лодки. На берегу резвились дети. В стороне старик с густой седой бородой, обветренным лицом и потрескавшимися от каждодневных трудов руками штопал порванные снасти. Чуть поодаль от него стоял большой стол, за которым сидели двенадцать человек и о чем-то разговаривали.

– Куда ты меня привел? – удивился Луций.

– Я привел? Ты шел впереди меня, это я следовал за тобой.

– Кто эти люди?

– Я же обещал познакомить тебя с моими учениками. Так вот они перед тобой. А тот седой старик – отец Петра и Андрея, они первыми уверовали в меня и пошли за мной.

Луций окинул взглядом сидящих за столом.

– Двенадцать.

– Да, двенадцать. Ты тринадцатый. Пойдем, я познакомлю тебя с ними.

Они не спеша подошли к столу, за которым велась беседа. Апостолы поднялись и склонили головы, Иисус ответил им тем же.

– Мы давно ждем тебя, учитель.

– Садитесь, садитесь. Я пришел познакомить вас с еще одним своим учеником. Так получилось, что он теперь будет с нами. Его зовут Луций Корнелий. А это Петр, Андрей, Иоанн, Иаков, Филипп, Варфоломей, Матфей, Фома, Иаков Алфеев, Фаддей, Симон Кананит и Иуда Искариот, – указывая на каждого рукой, представил своих учеников Иисус. – Присаживайся, Луций, а мне нужно ненадолго отлучиться.

Генерал нехотя и даже с опаской сел на деревянную скамью, положил на стол свою сумку и стал осматривать присутствующих. Те, в свою очередь, изучали его. Неловкая пауза затянулась.

– Да мне нет дела до того, что я вам не нравлюсь! – неожиданно воскликнул Луций и встал, намереваясь уйти.

– Палач в учениках у сына Божьего?! – Варфоломей задержал генерала.

– Тебе что-то не нравится, малыш? Что ты имеешь против?

– Ты пришел к нам, не мы к тебе. Веди себя, как подобает гостю, – привстав за столом, сказал Петр.

– Ты сядь лучше на место. А то как бы чего худого не вышло.

– Не разговаривай так с моим братом! – включился Андрей.

– А ты держи свою козу на поводке, а то ей могут и рога пообломать!

– Да как ты смеешь?! – вскочил Иуда, а за ним и все остальные.