Читаем Империя полностью

– Метко стреляют! – заметил Луций, когда его, на мгновение выглянувшего из укрытия, чуть не задела вражеская стрела. Секундой позже его сбил очередной противник, генерал упал, покатился кубарем, но быстро вскочил на ноги и принял боевую стойку. Меч по-прежнему был в его руке, словно приклеенный, а на конце рукояти сверкала своими драгоценными глазами змея, будто наслаждаясь кровью убитых. Воин, налетевший на Луция, пошел в атаку. Повстанец был без доспехов, а его голову практически полностью укутывала ткань, оставлявшая лишь узкую щель для глаз. Он бешено орал, но орудовал клинком, как крестьянин. Луций взмахнул мечом: заступ, доворот корпусом, и вот он уже словно прошел сквозь противника. Воин Такфарината сделал несколько шагов, глядя перед собой остекленевшими глазами. Он был мертв, но сам даже не успел осознать, что погибает. Из его перерезанного горла лилась практически черная кровь. Он упал на колени, захрипел и завалился на бок.

– Похоже, Луций, это конец!

– Жарко тут, Ратибор, ты прав!

Пот лился по его телу, сердце стучало, словно собиралось выпрыгнуть из груди, перед глазами стояла красная пелена. И снова вдалеке показался карлик, он нервно дергался и улыбался. Луций всмотрелся в него внимательнее: уродец кого-то напоминал ему, но кого именно, Луций не мог сказать. Им завладело ощущение, похожее на то, что он испытывал рядом с Марией: видел, точно видел, но где? Вдруг нелепое существо указало рукой куда-то в сторону и засмеялось. Луций невольно посмотрел в указанном направлении, однако ничего, кроме холма, покрытого скудной растительностью, не увидел.

Но вдруг – не может быть! – из-за барханов показался сидящий на черепе золотой орел. Он сверкал на солнце так ярко, что захотелось зажмуриться. Вслед за ним появились шлемы всадников, возглавляемых Ромулом. Он выстроил свою сотню в боевой порядок. Повстанцы, заранее предвкушавшие безоговорочную победу, остановились в замешательстве и растерянно смотрели на конницу в тяжелых черных доспехах. Нумидийцы начали перестраиваться, забыв о повозках. Ромул, восседая в сверкающем панцире на черном коне, отдавал приказы одному из воинов.

– К бою! – пронеслась в воздухе его команда, и конница лавиной бросилась вниз по склону. Несколько стрел, пущенных в кавалерию, не причинили ей никакого вреда. Эта была первая и последняя попытка сопротивления со стороны повстанцев, после которой они, недолго думая, кинулись врассыпную. Однако легионеры их быстро настигали, рубили, словно телят на скотобойне, насквозь пробивали копьями. Это уже не было сражением – это было уничтожение одними людьми других, кровавая резня. За полчаса все было кончено. Повсюду остались лежать растерзанные тела, распространяя вокруг себя запах крови и мяса, совсем как тот, что стоит в лавке мясника на базаре.

Ромул спрыгнул с коня.

– Луций! Ратибор! Вы в порядке? Никто не ранен?

– В порядке?! Ты шутишь?! Какого черта ты нас не встретил?! И что за обезьяны сопровождали нас?! Я же специально послал тебя сюда, чтобы ты все подготовил к моему приезду!

– Луций, я…

– Что я?! Что я, Ромул?! Нас тут чуть не порешили! Где ты был?!

– Но я подоспел вовремя… – оправдываясь, ответил Ромул, на что Луций только отмахнулся рукой.

– Ладно, собираемся и продолжаем путь! Хорошо же тут у вас обстоят дела, ничего не скажешь! Интересно, чья это земля – наша или этого Такфарината? Ратибор, вытащи Зирида из-под повозки и объяви ему благодарность за прекрасно организованную охрану и достойное сопровождение.

К резиденции Аппония они подъехали уже вечером. Небольшой городок, в котором она была расположена, находился в отдалении от Карфагена и радовал взгляд уютными улочками и обилием растительности. Здесь даже дышалось легко, совсем не так, как в мраморном Риме.

– Я провожу вас, – заискивающе улыбнулся Зирид.

– Спасибо, не надо! Достаточно с нас утренних приключений! – брезгливо ответил Луций и слез с повозки. Поднимаясь по дворцовой лестнице, он увидел часовых-преторианцев, внешне похожих на римлян. «Хоть здесь не эти местные обезьяны», – подумал он.

Резиденция была прекрасно отделана: по всему было видно, что пропретор не бедствовал. Навстречу генералу вышел раб, чтобы предложить гостям испить вина и умыться, но Луций грубо оттолкнул его в сторону.

– Где пропретор Аппоний?!

Раб удивленно пожал плечами и ткнул пальцем в сторону. Луций было кинулся туда, но остановился, увидев, как из коридора навстречу ему вышел человек. Он ступал мягко и неспешно, явно никуда не торопясь. Это был невысокий мужчина в возрасте с круглым лицом, узкими губами и небольшими залысинами, одетый в белую тогу с широкой пурпурной полосой.

– Добро пожаловать в Африку, генерал Луций, – осматривая своего посетителя, произнес Аппоний. – Вы не ранены?

Туника Луция была испачкана в крови и песке, волосы прилипли к потному лбу, глаза были налиты кровью, а желваки гневно дергались. Аппоний же был безмятежен, как вулкан Везувий, – ни единой эмоции.

«Спокойнее, Луций, спокойнее. Вспомни, чему тебя учил Марк», – подумал Луций и изобразил на лице натянутую улыбку.