Читаем Имена мертвых полностью

«Мне еще надо поработать».

«Можно, мы посмотрим телевизор?»

«Клейн, я полагаюсь на тебя».

С этого дня Аник получает полную амнистию. Свободу передвижения он получит тогда, когда отрастут волосы. Пока его периодически загоняют в подвал — когда надо отдохнуть, чтоб не мешал и спал спокойно.

Герц идет в кабинет по темной лестнице, пытаясь понять и осмыслить происходящее. Неделю назад заряд был сильный, но неоднородный, почти весь концентрировался по срединной оси, в главных чакрах, удерживая только столб позвоночника, сердце и голову; выработка лейкоцитов костным мозгом критически снижалась; периферия начала разлагаться, цвет ауры стал грязно-зеленым. А сейчас — ровное, сильное свечение интенсивно-синего цвета, полный охват оболочки, включая кончики пальцев, процесс распада обратился вспять, кровообращение полностью нормализовано. Он еще, конечно, очень худ, но он начал питаться, пища стала перевариваться, — Значит, возобновился синтез пищевых ферментов. «Были бы кости, а мясо нарастет», говорит Клейн.

Он начал есть, значит — поправится.

«Почему?» — настойчиво спрашивал сам себя Гёрц и боялся дать ответ.

Ладони кололо иголками, особенно правую, к которой Аник плотно прижался щекой.

Герц остановился, поднес руку ближе к лицу. Кожа чуть припухла и саднила, будто он на морозе притронулся к металлу. Герцу стало страшно; как при взгляде с высоты, закружилась голова.

То, что ему открылось, было сокровенным, хотя об этом ясно говорилось у всех народов, во все времена.

В загробной физике тоже действовал закон сохранения энергии.

Аник забирал энергию, всасывал ее, как губка. Чтобы жить, надо отнять.

«Вампир, — прошептал Герц, — я оживил вампира».

«Носферату» — «не-мертвое». И теперь от него не избавишься.

В кабинете Герц посидел и немного успокоился.

В конце концов, мой страх — это тоже колебание потенциала, реакция на потерю его части.

Герц открыл заветную тетрадь с выводами и рассуждениями. Взгляд побежал справа налево по строчкам рукописи.

«Главные условия успешной инкарнации:

алеф. Полнолуние. Луна — Солнце Мертвых. Не исключено, что в полнолуние достигает максимума некоторое излучение наподобие лазерного, возникающее при отражении фотонов от поверхности Луны; вместе с гравитационным влиянием Луны оно позволяет сконцентрировать поток заряда с наименьшими потерями. Доказано, что в полнолуние отмечается рост числа аварий, несчастных случаев и самоубийств; возможно, это связано с воздействием вышеупомянутых сочетанных факторов на дипольные молекулы воды, которые ориентируются в живых клетках — и везде, где бы ни находились — определенным образом.

Само слово ходеш (месяц) происходит от прилагательного хадаш (новый) или глагола леитхадеш (обновляться). Это примечательно.

бет. Отсутствие обряда. Ритуалы отпевания и похорон относятся к важнейшим. Исполненные надлежащим образом, они не только психологически помогают родным усопшего принять его кончину и перенести стресс, убедившись в реальности смерти (сомневающиеся никогда от этого стресса не избавятся), но и открывают умершему вход в противоположный мир. Умерший и преданный земле по правилам является упокоенным мертвецом, вполне перешедшим за грань нашего мира. Не случайно у христиан существует молитва о ниспослании „христианской кончины“, то есть смерти „по правилам“, с исполнением ритуалов. Поэтому для инкарнации наиболее пригодны умершие неестественной или внезапной смертью, а особенно лишенные обряда.

гимел. Стойкая память родных. Близкие удерживают в памяти слепок энергопотенциала, матрицу инкарнации, волновой образ…»

Герц задумался над недописанной строкой.

Почему призраки чаще всего являются родственникам? Почему их приход означает несчастье или близкую смерть? А может, они предчувствуют отток потенциала перед смертью и хотят подкрепиться? Аник убивал людей — это неспроста, ни один нормальный человек не делает этого. Девятнадцать только доказанных убийств… Он уже тогда нуждался в чужом потенциале — сколько и когда он потерял? в детстве? в юности? Как возник такой сильный пробой? во время войны? некая травма, потрясение; произошла утечка, и Аник стал восполнять потери… «Чужую жизнь готовы заесть…» А Клейн?

«Он тебя от жизни отгородил!» — говорила Стина. Она донор, подательница жизни. Люди избирают профессию, исходя из внутренних неосознанных импульсов. Она выбрала акушерство. Разумеется, она возненавидела Клейна — он жил за счет других. Значит, Клейн тоже подпитывался от живых? может быть, я не проверял… он был свободен, таскался, где хотел. А Аника мы чуть не сгноили в подвале.

Постой, постой, а куда стремился Клейн? Домой! Он до сих пор смотрит все русские фильмы, ходит в Общество любителей русского языка. Ностальгия? только ли?

Аник рвался к морю, он нам кричал об этом три месяца, а мы были как глухие. К морю и солнцу. Туда, где родился и вырос, к могучим силовым полям земли и моря, образованным рельефом и геологическим строением местности, имеющим уникальную конфигурацию.

Ну конечно же! Там он и зарядился!

Перейти на страницу:

Все книги серии Правила боя

Имена мертвых
Имена мертвых

Выход нового романа супругов Белаш, несколько лет назад буквально ворвавшихся в нашу НФ, — настоящее событие для любителей современной отечественной фантастики. Увлекательный и динамичный фантастический боевик, философская фантастика, психологическая проза… На страницах новой книги смешаны признаки всех этих жанров и направлений.Королевство Гратен — страна, где чудо и реальность слиты воедино. Убийство наркобарона в джунглях Южной Америки, расстрел африканского диктатора-людоеда — дело рук одной команды, добывающей деньги для секретных экспериментов. Они — профессор биофизики, танкист-красноармеец и казненный киллер — воскресли благодаря техномагии и упорно продолжают изучать феномен воскрешения мертвых. Однако путь вернувшихся из тьмы опасен и труден. В полнолуние их притягивает мир теней — он рядом, в подземных гаражах и на безлюдных улицах, и души воскресших становятся ставкой в гонках с дьяволом. И с каждым годом воскресшим приходится прикладывать все больше усилий, чтобы не исчезнуть в черноте небытия…

Александр Маркович Белаш , Людмила Владимировна Белаш , Александр Белаш , Людмила Белаш

Фантастика / Боевая фантастика / Городское фэнтези
Пой, Менестрель!
Пой, Менестрель!

Бродячий певец, вернувшийся после семи лет странствий в родное королевство, обнаруживает, что его соотечественники странно изменились. Крестьяне уже не рады путникам как долгожданным гостям, торговцы спешат обогатиться, не думая о тех, кого разоряют, по дорогам бредут толпы нищих… По лесам рыщет зловещий Оборотень — главный герой сказок нового времени. Неспокойно и в королевских покоях. Трон, освободившийся после смерти старого короля, захвачен одним из придворных, однако закулисным «серым кардиналом» становится некий Магистр. Противостоять ему готовы только Менестрель, способный песнями разбудить людские сердца, бродячие актеры, показывающие в пьесах настоящую доблесть и настоящих героев, да юная королева с ее избранником — лесным охотником, достойным стать настоящим королем.В тексте романа использованы стихи петербургских поэтов Екатерины Ачиловой и Ольги Мареичевой.

Юлия Викторовна Чернова

Фэнтези

Похожие книги