Читаем Илья Муромец полностью

В варианте Леонтия Богданова калики дают Илье более подробные инструкции: «Будешь ты, Илья, великий богатырь, и смерть тобе на бою не писана: бейся-ратися со всяким богатырем и со всею паленицею удалою; а столько не выходи драться с Святогором богатырем: его и земля на себе через силу носит; не ходи драться с Самсоном-богатырем: у него на голове семь власов ангельских; не бейся и с родом Микуловым: его любит матушка сыра-земля; не ходи още на Вольгу Сеславьича: он не силою возьмет, так хитростью-мудростью».^{240}

Сделав свое волшебное дело, «калики потерялися» (иногда они получают имя святых, бывает, в них «угадываются» Христос и двое апостолов), а Илья отправился помогать родителям. В варианте из сборника Рыбникова он очистил «пал от дубья-колодья», побросав его в «глубоку реку». В варианте Павла Миронова это «Непр-река», которую Илья завалил дубами так, что вода в ней «худо побежала». В ончуковском варианте Илья отстоял отцовское поле от забредшей на него скотины, выгнав которую,

Обнаружив сделанную кем-то работу (Илья совершает свой трудовой подвиг втайне), родители поражены, еще более потрясает их вид чудесно исцеленного сына. В варианте, записанном братьями Соколовыми от 64-летнего крестьянина деревни Кутиловой Кирилловского уезда Андрея Ганина, односельчане Ильи сначала не поверили, что «реку Днепр» завалил тот самый, что «сидел без рук без ног», и побежали проверить — «домой в углу нету Ильи. „Ну, Илья Муромец!“ Батька обрадел и принёс бочку, сороковку вина. „Нате, братцы, пейте вино! Молите Бога за нево, што взял ожил“».^{242} Но радость родительская оказалась недолгой — Илья испрашивает благословение поехать в славный стольный Киев-град, помолиться чудотворцам киевским, посмотреть на князя Владимира и послужить ему верой-правдой. В варианте, записанном священником Е. Фаворским в селе Павлове Нижегородской губернии и переданном П. В. Киреевскому, благословение, данное Иваном Тимофеевичем сыну, звучит довольно внушительно:

В сборнике Кирши Данилова сам Илья «кладет заповедь велику» — по дороге к Киеву:

А в варианте, записанном А. В. Марковым в 1899 году в деревне Нижняя Золотица на Зимнем берегу Белого моря от Гаврилы Крюкова, Илья обещается во весь путь «от Мурума до Киева-то палици-то не отковывать».^{245} «Родна матушка» Ильи в варианте Павла Миронова дает сыну поучение на более отдаленную перспективу:

Богатырю для подвигов необходим конь. Приобретение верного товарища, способного носить героя, непростое дело — это понятно уже из поучения калик: «Доставай, Илья, коня собе богатырского, выходи в раздольицо чисто поле, покупай первого жеребчика, станови его в срубу на три месяца, корми его пшеном белояровым, а пройдет поры-времени три месяца, ты по три ночи жеребчика в саду поваживай, и в три росы жеребчика выкатывай, подводи его к тыну ко высокому: как станет жеребчик через тын перескакивать, и в ту сторону, и в другую сторону, поезжай на нем, куда хочешь».^{247}

«Выкармливание коня» — сказочный мотив, «частный случай выкармливания чудесных или волшебных животных. Так выкармливаются благодарные животные, орел, конь». В сказках выкормленный орел переносит героя в некое заветное место, где тот обретает счастье. «Выкармливание коня показывает, что дело не просто в питании животного. Кормление придает коню волшебную силу. После кормления „на двенадцати росах“ или „пшенной белояровой“ он из „паршивого жеребенка“ превращается в того огненного и сильного красавца, какой нужен герою. Это же придает коню волшебную силу».^{248}

Наконец Илья выезжает «во чисто поле»: