С: Если б их все записать на одном свитке, он оказался бы великоват. Просто неподъемный.

Мы столкнулись со способностью Садди рассказывать истории совершенно случайно. Мне никогда не приходило в голову спросить о чем-то подобном. Приведенные ниже рассказы изначально были рассыпаны среди расшифровок фонограмм и выбирались оттуда от случая к случаю в течение более трех месяцев. В этом разделе я собрала их все таким образом, чтобы их можно было читать вне контекста беседы. Известно, что наша Библия претерпела множество изменений на протяжении долгих лет, поэтому в рассказах Садди, возможно, куда больше точности, чем мы хотели бы признать. По крайней мере, прочтите их непредвзято.

Содом и Гоморра

Я расспрашивала Садди о Мертвом море, или «Море смерти», как он его называл. Кумранская община располагалась на утесах возле кромки этого водного массива. Все, что я о нем слышала,—это то, что оно очень соленое и непригодно для жизни. Эта его особенность никогда не имела удовлетворительного объяснения. Помня об этом, я спросила, было ли в Мертвом море что-нибудь необычное. Ответ был для меня неожиданным.

С: Да, иногда оно пахнет дегтем, смолой или асфальтом. Говорят, к югу от него есть асфальтовые озера, и они являются частью моря. Еще в Море смерти ничего не растет. По берегам встречаются только редкие растения.

Д.: И поэтому вы называете его Морем смерти?

С: Оно так называется, потому что на этом побережье были разрушены Гоморра и Содомон. А море должно напоминать нам об этом.

Я бросила взгляд на Харриет и увидела, что она удивлена так же, как и я. Это было слишком неожиданно. Мы знали эту библейскую историю, но представления не имели, что два нечестивых города были связаны с Мертвым морем. Обратите внимание на обратный порядок упоминания их названий и отличающееся произношение «Содомон» вместо «Содом». Совершенно очевидно, что ни то, ни другое не явилось телепатически из глубин наших умов.

Д.: Да ну? А мы всегда думали, что море так называется, потому что там ничего не может расти.

С. (перебивает): Вот поэтому здесь ничего и не растет.

Д.: Как же были разрушены эти города?

«Излучением», — небрежно ответил Садди. И опять его ответ застиг меня врасплох, и я спросила, не может ли он нам рассказать, что там случилось.

С: Говорят, они навлекли на себя гнев Яхве, так как сошли с пути истинного. А когда их много, много раз предупреждали, чтобы они вернулись на путь праведности, они смеялись. И говорят, что в одном из этих городов был Лот, и его посетили две великие сущности, которые велели ему взять его семейство и уйти, и тогда они будут в безопасности. И он был сокрушен, я хочу сказать, — это же был его город, в конце концов, и пусть даже он был так плох, в нем жили близкие ему люди. Но Лоту было сказано, что те недостойны спастись, а ему надлежит пуститься в путь и все начать сначала. И вот взял он двух своих дочерей и жену свою, и они пошли. Говорят, что жена его обернулась и посмотрела на город, а посмотрев, умерла от того, что увидела, оттого, что своими глазами убедилась, каковы разрушения.

Я припомнила хорошо известный рассказ о превращении жены Лота в соляной столп, но Садди сказал, что ничего странного в ее смерти не было, кроме того, что она оглянулась и увидела разрушения. Я спросила, есть ли у него какое-то объяснение этим разрушениям.

С: Там, где стояли эти города, есть ямы, заполненные асфальтом и угольной смолой, а была страшная жара. Стрелы молний ударили с небес, и когда они попали в эти ямы, они причинили разрушения, которые царили повсюду. (Или, может быть, он сказал «парили»? Интересное различие в смыслах.) И это привело к... взрыву. И эти города, они обрушились почти сразу, сами, и погружались все глубже, пока ничего от них не осталось.

Д.: Значит, ты думаешь, что все это вызвал Яхве? С: Да, это было Его решение.

Это было то, что надлежало немедленно проверить. Садди разжег мое любопытство. Я не считала, что ессейской истории что-то угрожает, если я поищу информацию о Содоме и Гоморре. Кое-что из самых надежных сведений было в моей энциклопедии. Нам пришлось вспомнить, что мы не удосужились покопаться в ней раньше, ведь мы никогда не думали, что существует какая-то связь.