Читаем Иисус и Ессеи полностью

С.: Если захочет. Когда человеку надлежит что-то сделать, но он колеблется. Тогда Иешуа явится ему и придаст сил.

Д.: Иешуа помогал таким людям тем, что укреплял их веру?

С: (Моя непонятливость начинает раздражать Садди.) Мне трудно объяснить. Предположим, человеку выпало свершить прекрасный поступок, к примеру рассказать другим о существовании Иешуа. Так разве Иешуа не явится ему, чтобы убедить в истинности того, во что он верит?

Д.: Я думала, что Иешуа всецело занят на своем уровне бытия и никогда не спустится на землю ради чего-то подобного.

С: Если бы Он не заботился о людях, то вообще не возродился бы Мессией.

Д.: Ты можешь мне сказать, почему Иешуа должен был умереть на кресте? В наше время говорят, что Он умер за наши грехи. Но не все с этим согласны. Разве не сами мы отвечаем за свои поступки?

С. (со вздохом): Это очень сложный вопрос.

Д.: И на него, я полагаю, нельзя ответить коротко.

С: Иешуа должны были распять, чтобы Его подвергли осмеянию. Своим воскрешением Он показал, что выше всего этого, что и мы можем стать такими же. К тому же Ему нужно было пройти через такое, чтобы усвоить надлежащий урок. Распятие должно было показать, что Иешуа не так совершенен, что Он готов понести наказание и нам тоже не следует бояться наказания — заплатив за содеянное, мы сможем превозмочь земную суету. Так можно объяснить то, что произошло. Люди должны были увидеть, что такое под силу и им.

Д.: Так значит, в словах о том, что Иешуа умер за грехи человечества, есть доля истины?

С: Как может Он умереть за чьи-то грехи? Каждый должен сам платить за содеянное. Если не в нынешней жизни, то в следующей. Рано или поздно человеку придется вынести все то, что из-за него претерпели другие.

Д.: Значит, жизнь и смерть Иешуа не искупила людских грехов?

С: Существует закон милосердия. И будет всегда. Но милосердие — это не потому, что Он заплатил за ваши прегрешения. А потому, что ты принимаешь Его как посланника Бога. Закон милосердия основан на любви Бога к людям, а не на смерти во искупление их грехов.

Д.: Значит, мы неверно поняли, в чем смысл распятия Иешуа?

С: Возможно. Люди многое неправильно понимают.

Д.: Нам нужно постараться быть такими, как Он. Но это не обязательно значит, что мы должны Ему поклоняться. Мы должны просто следовать по пути, который Он указал» Правильно?

С: Да. Поступок Иешуа достоин преклонения. Он показал, что такое возможно. Посему Его нужно почитать, но не поклоняться Ему. Не боготворить, поскольку каждый из нас — часть Господа.

Д.: Как ты думаешь, Иешуа хочет, чтобы Ему поклонялись?

С: Он хочет, чтобы Его помнили — но не таким, каким Он будет казаться многим. Иешуа хотел быть пастырем, духовным наставником, ведущим людей к просветлению, помогающим становиться сильнее и совершенствовать свое восприятие высшего плана бытия. Он видел Себя ориентиром, примером, хорошим другом, который всегда готов дать добрый совет.

Д.: Но в силу Его деяний многие будут считать Иешуа Богом. Его трудно воспринимать как обычного человека.

С.: Все мы частицы Господа. Одни из нас осознают это яснее, чем другие. И все же обожествлять Его неверно.

Д.: Боюсь, что в будущем это произойдет. Люди станут обожествлять и Иешуа, и Его Мать, родившую Мессию.

С: Если это приведет к тому, что люди будут любить их, то ничего плохого здесь нет. Но если люди сделают Иешуа и Его мать божествами и скажут: «Они мудры и все нам простят», а затем начнут поступать, как им вздумается, то ничего хорошего не выйдет. И Иешуа, и Его мать прекрасно знали, что стать таким может каждый из нас. Просто достичь этого без серьезной борьбы нельзя.

Д.: Иешуа хочет, чтобы люди мыслили самостоятельно, или предпочитает, чтобы они слепо следовали Его примеру?

С: Слепое подражание исключается! Всегда надо задаваться вопросом и отвечать на него. Самому добраться до сути означает принять решение. Только такое решение чего-то стоит, ибо оно выстрадано, а не подсказано. Такое решение укрепляет веру. Нужно все обдумывать и рассматривать с различных точек зрения. И верить во что-то только тогда, когда вы убедитесь в его истинности.

Д.: Некоторые называют сомнения происками дьявола.

С (вздыхает): Дьявола не существует! (Он говорит мягко, но категорично, как будто обращается к упрямому ребенку.) Человеку свойственно сомневаться, и это может повредить ему. Но все же сомневаться полезно: сомнение заставляет задуматься. Не все люди добродетельны. О них нельзя судить по первому впечатлению. Разве можно назвать хорошим человека, который вам улыбается, а за спиной держит нож? Все необходимо подвергать сомнению, но нужно также иметь и веру. Без нее никак нельзя. Это звучит как парадокс, но в действительности ничего противоречивого здесь нет.

Садди начинал раздражаться, настолько он был убежден в справедливости этих слов и так усердно пытался мне все объяснить.

Д.: Я понимаю. Ты очень доходчиво объясняешь. Но как узнать, истинны ли наши знания?

С. (вздыхает): Истина... она может оказаться горькой. Ее можно увидеть в глубине души. Нужно всего лишь открыться самому себе — и ты узнаешь то, что хочешь знать.